— Обычные у меня глаза! — закричал я, стараясь подавить подступивший к горлу удушающий страх. — Чёрные! Сам видишь!
— А вот и нет! — кривлялся Ючи. — Они у тебя ярко-фиолетовые. И в темноте светятся, как у волка! Асато — чудовище! — приплясывал Нисимура, приставив указательные пальцы к вискам, что, видимо, должно было изображать рога. — Уродливый демон!
Внутри поднялась неведомая прежде горячая волна отчаяния и обиды. Огонь вспыхнул в каждой клетке тела. Ещё мгновение, и я бы ударил его, но вовремя одумался, развернулся и помчался домой, сопровождаемый хохотом его товарищей.
Скинув обувь у дверей, даже не отдышавшись, я вбежал на кухню и торопливо спросил у мамы, почему отец не хочет жить с нами? Не потому ли, что я — чудовище?
Мама побледнела и спросила, кто мне сказал такое. Я объяснил.
— Какой недобрый этот Ючи, — сокрушённо покачала головой мама. — Но ты прости его. Он просто завидует тебе, вот и выдумывает гадости.
— Завидует? Почему?!
— Ты хорошо учишься, а он еле успевает. У тебя есть я, отец и сестра, а его родители давно умерли. Будь к нему снисходителен.
— Я не побил его сегодня, — выпалил я, словно ожидая похвалы за своё благоразумие.
— Вот и правильно, — улыбнулась мама. — В драке ты бы непременно победил, но удовлетворения такая победа не принесла бы. Надо сражаться с равными себе. Правильно?
— Да, мам.
Я знал, что я намного сильнее Ючи. Я действительно мог поднимать тяжести, какие мои ровесники сдвинуть с места не могли, и был гораздо более ловким и быстрым на уроках физкультуры. А уж моя разрушительная сила, когда я второпях пытался прибраться дома, превосходила все возможные ожидания. Однажды я ухитрился сломать стол, стирая с него пыль, но мама, ни в чём не обвинив меня, просто купила новый.
Отец привозил нам достаточно денег, и мы не знали нужды ни в чём, но я всё чаще, когда он приезжал, обращался с просьбой забрать нас с собой. Отец обещал, но время шло, а ничего не менялось.
Повзрослев, я начал догадываться, что у отца, наверное, есть веские причины, о которых он не говорит, и мама об этих причинах знает. Она никогда не просила увезти нас в столицу, хотя, я замечал, ей тоже этого хотелось больше всего на свете.
Следуя совету матери, я пытался игнорировать злобные выпады Ючи, но поступать так становилось с каждым днём всё труднее.
В середине августа поздно вечером я играл на улице с соседскими мальчишками, а мимо пробегала компания ребят под предводительством Ючи.
— Эй, — окликнул он моих приятелей, остановившись поблизости, — среди вас демон! Берегитесь, а то он однажды придёт ночью и сожрёт вас! — и указал на меня пальцем.
Мальчишки прекратили игру и подозрительно покосились в мою сторону.
Я растерялся. Ючи подошёл вплотную и крепко ухватил меня за правое запястье.
— Давно хотел узнать, что за дурацкую штуку ты носишь? А если снять?
— Отстань!
Я резко отдёрнул руку. Слишком резко.
Шнурок лопнул, и амулет соскочил на землю. Я быстро метнулся, чтобы поднять его, но Ючи отпихнул янтарь ногой. Я опять попытался, но он снова мне не позволил. Наконец, Ючи встал обеими ногами на талисман и застыл, хихикая.
— Смотрите, — тихо проговорил вдруг мальчик по имени Хотэка, с которым я почти сдружился, — какие страшные у Асато глаза! Они, правда, как у демона!
— Он и есть демон, — важно заявил Ючи. — А сестра его — ведьма, которая лишь прикидывается добренькой. Она через свои амулеты забирает человеческие души. Бабушка сказала, каждый, кто взял у неё талисман, обречён гореть в аду!
— Лжёшь!!! — не выдержал я. — Моя сестра помогает людям!!!
Меня никто не поддержал.
— Уходи, Асато, — дрожащим голосом выдавил вдруг один из мальчишек, игравших со мной. — И никогда не приходи. Мы не хотим дружить с тобой!
— Вот все и увидели твой настоящий образ! — довольно засмеялся Ючи. — Больше ты никого не обманешь. У тебя никогда не будет друзей, проклятый демон!
Мир потемнел. Огненная стена затмила сознание.