– Ее муж Аазим – рыбак.
Рыбак…
На севере город граничит с океаном.
Я сжимаю ее пальцы.
– У него есть лодка?
– Кажется да, на паях с другими рыбаками…
За спиной Зары я замечаю направляющегося к нам Фобоса. Снова поворачиваюсь к подруге, лихорадочно соображая.
– Пожалуйста, – просит она, – если можешь хоть как-то помочь…
Воин уже поравнялся с нами, переводит взгляд с меня на Зару.
– Военачальник желает тебя видеть, – обращается он ко мне.
Я не свожу глаз с Зары. Снова пожимаю ей руку и принимаю решение.
– Я помогу, – киваю я. Обнимаю ее и шепчу на ухо: – Завтра с самого утра я буду ждать у твоей палатки. Будь готова и прихвати с собой оружие, какое достанешь.
Зара кивает и отстраняется.
– Спасибо, – тихо благодарит она.
Фобос поторапливает меня. Помахав Заре, спешу следом за ним. После долгого молчания я заговариваю с провожатым. Это тот самый воин, который протянул мне меч в день, когда я должна была казнить своих обидчиков.
– Как тебя зовут? – спрашиваю. У него добрые глаза, и в те несколько раз, когда я с ним общалась, он держался не так враждебно, как другие Фобосы.
– Гуссейн, – отвечает он.
Впереди появляется шатер Войны. Глядя на него, я густо краснею.
– А я Мириам, – рассеянно сообщаю я.
Всадник хочет продолжения. Я это чувствую.
При этой мысли меня начинает бить дрожь.
Гуссейн негромко смеется.
– Я знаю, кто ты, – говорит он.
Голос у него мягкий и совсем не презрительный. Я не привыкла к доброте – честно говоря, даже раньше, в Иерусалиме, доброта встречалась редко. Жизнь – это сплошные долги и обязательства. А доброта – странная штука, она нужна, только чтобы морочить людям голову.
Мы откидываем полог шатра. Гуссейн, поклонившись, отходит в сторону. Я должна войти одна.
И вот я в шатре Войны. Но сейчас все кажется другим. Здесь, в этом замкнутом пространстве, только я и Всадник. Здесь нет ни смерти, ни скорби и насилия, ни ужасов внешнего мира. В воздухе витают ароматы кожи и ароматических масел, напоминая о других, интимных вещах. Напротив меня, в кресле он сам, небрежно вертит в руке бокал вина.
– Мириам, – встретившись с моими, его глаза вспыхивают, и я буквально вижу, как он вспоминает нашу последнюю ночь.
Поставив бокал, он поднимается.
Вдохнув поглубже, я делаю шаг навстречу и задеваю рукой стол. С досадой смотрю на препятствие, но то, что я вижу, привлекает мое внимание. На столе расстелена карта Эль-Ариша, испещренная стрелками и пометками. Эту карту Война и всадники Фобоса изучали вчера. При всех своих сверхъестественных способностях Всадник все же нуждается в помощи смертных.
Война подходит ко мне вплотную.