— Что, прости? — Гермиона с удивлением обернулась к ней.
Панси откинула черные волосы назад и вытащила из рукава пачку сигарет. Кончик ее палочки зажег красное мерцание на конце терпкой ментолловой сигареты. Она закурила, выпустив клуб сиреневого дыма. Гермиона отвернулась от нее.
— Ну… — блестящие изумрудные глаза Панси разглядывали ее профиль. — Всегда он был таким вот? Похожим на Рейгана.
Гермиона покачала головой.
— Я не имею понятия. С чего ты взяла, что я знаю.
Панси опрокинула голову, выпуская дым прямо в небо. Гермиона закатила глаза и уставилась на Тео. Его лицо было пустым и черным, он говорил ледяным тоном, шевеля своими грубыми костями лица. Она много раз видела его подле себя, но никогда еще ранее перед ней не стоял настолько обезличенный человек.
— Ну вы вроде помолвлены были. — хмыкнула Панси.
Гермиона обернула к ней свое заплаканное лицо. Казалось, что дорожки от слез еще не высохли.
— Вроде бы были. Я и сейчас вроде бы помолвлена.
Губы Панси изогнула улыбка, она снова выпустила клубы дыма в небо.
— Не завидую, Грейнджер. — коротко ответила она. — Но и сбежать тебе я не дам.
Гермиона пожала плечами, пытаясь согреться под тонкой рубашкой.
— Я не претендую, Паркинсон.
Внизу началась дуэль: Тео тренировался отбивать заклинания, посылаемые Беллактрикс и Руди, Монтегю контролировал, а старик Лестрейндж стоял где-то сбоку снова в характерной дреме. Его черты лица исказила ярость, он подобно призраку бледнел, когда вспышки света задевали его, но в общем-то он справлялся.
— Не радуйся сильно, Панси. — Гермиона посмотрела на нее с жалостью. — Я боюсь, это может сыграть против тебя самой же однажды.
— А как же Тео? Он уже по-твоему завершил свой переход на Темную сторону? — Панси ударила сигаретой, сминая ее, об каменный бортик стены. Тео выпустил столп искр, поджигающих подол плаща Беллатрикс. Та довольно хмыкнула, и, потушив огонь, пожала его руку. Как равного себе.
— Пусть живет как хочет. — просто ответила Гермиона. — Меня это никогда не интересовало.
Панси снова откинула голову, выплевывая из глотки дым в звездное небо.
***
— Мне надо к себе.
Спустя полчаса Гермиона развернулась лицом к своей тюремщице. Прямые брови Панси дрогнули в ленивом негодовании, она направила палочку на ее шею.
— Идем. — раздраженно ответила она. Гермиона покинула стену.
Они шли в немом негодовании друг на друга, испытывая взаимную неприязнь. Панси следовала на небольшой дистанции, не опуская палочки, плотно стиснутой между кожаной перчаткой. Гермиона спускалась в подземелья.
— Все-таки, Грейнджер, мне жаль тебя. — наконец прервала молчание она. — Я смогла разглядеть этого деда поближе. Даже ты такого не заслуживаешь.
Гермиона пусто усмехнулась, глядя прямо перед собой. Она сжала ладони.
— К чему ты это говоришь? — холодно ответила она.
— Интерес. — голос Панси донесся из-за плеча. — У тебя же был выбор, я знаю, что Тео был буквально одержим идеей жениться на тебе, а Малфой привел на эшафот Асторию, лишь бы у него получилось. Почему, Грейнджер? Я ненавижу тебя, хотя бы за то, что ты, обладая такими возможностями, все проебала. Тебя не удерживало абсолютно ничего!
Гермиона кивнула, сжимая пальцы сильнее.
— Ничего. Кроме чести.
Панси со свистом выдохнула, дергая ее за рукав.