— Чтобы узнать его историю. Он сказал: «Давай поедем вместе в Олбани, там у меня родственники». Все произошло спонтанно, поверь, но рассказ этого карлика не заставит нас долго сидеть на бобах.
— Ты абсолютно сумасшедший. С этими твоими бобами. Знаешь ли ты, что моя карточка заблокирована? Что уже все заблокировано?
— Не все. Не все.
— Почти все!
— Я должен прийти в себя. Я должен что-то написать, причем быстро, в противном случае все действительно будет заблокировано.
Мне показалось, что она немного успокоилась. Идеальная ложь на девяносто пять процентов состоит из правды. Вы должны только изменить или опустить несколько деталей — в остальном можете говорить правду. Чем больше процент правды во лжи, тем лучше.
— Послушай, — сказал я, — пользуйся пока нашей ирландской «Мастеркард», ее не должны были заблокировать. В Ирландии у нас пока еще нет проблем.
Моим девизом всегда было иметь как можно больше счетов в как можно большем количестве стран, и теперь эта тактика начала приносить свои плоды.
— Из банка звонили уже два раза.
— Не бери трубку. Просто не бери трубку.
— Как это не брать трубку? Как бы я с тобой сейчас разговаривала, если б не брала трубку?
— Тогда скажи им, что на следующей неделе все будет заплачено. Что я жду крупного аванса, который может прийти в любой момент.
— А ты и в самом деле ждешь крупного аванса?
— Нет, конечно же, но, поверь, я что-нибудь придумаю. Я должен начать писать поваренную книгу, тогда все уладится. Пятьдесят процентов при подписании контракта, пятьдесят при сдаче. Если я хоть что-нибудь сдам, у нас снова появится надежда.
Парень мыл руки. И смотрел на меня как на чудика.
— На следующей неделе все уладится, — сказал я как можно более спокойным голосом.
— Ты повторяешь это уже который год.
— Да, но я еще не говорил это банку.
— Зато говорил мне, а это гораздо хуже.
Парень все так же мыл руки. Время от времени он бросал на меня красноречивые взгляды. Я посмотрел на себя в зеркало, но ничего такого особенного не заметил.
— Мы все спокойно обсудим после того, как я вернусь. Как прошел конгресс? Как твой доклад?
— Хорошо. Очень хорошо. Если не считать, что я не могла расплатиться за гостиницу. Они не приняли мою кредитку.
— Об этом ты уже рассказывала, — вздохнул я.
— Возникла очень неловкая ситуация, к счастью, один симпатичный психиатр из Рима одолжил мне немного денег.
Парню наконец надоело мыть руки, и он ушел. Я почему-то вспомнил «Письма моему трубочисту».
— Приятно знать, что в Риме есть симпатичные психиатры, будем на коленях благодарить Господа за то, что он посылает нам симпатичных психиатров из Рима.
— Оставь свои шуточки, я не могу их больше слышать.
— Это не шуточки, такой уж я есть.
— Я плакала.
— Когда?