Я взял блокнот и записал:
Над этим можно было поработать.
Ребекка сказала:
— Мне нужна жидкость для линз.
Мы бродили по приморской набережной Атлантик-Сити в поисках чего-нибудь съестного на завтрак. В конце концов купили пару хот-догов, сделанных, по словам продавца, из стопроцентной говядины. В эти сто процентов я еще готов был поверить, но вот уж в говядину — никак. Ели мы на ходу. Нам было холодно.
Мы остановились возле аттракциона со сталкивающимися мини-машинками. Какой-то тип закричал нам вслед, предлагая попытать счастья и побросать шары, но такого желания у нас не было.
— Еще нам нужны зубные щетки, — вспомнил я.
— И зубная паста.
— Ну, это уж ты хватила!
Было четверть четвертого, опять собирался дождь. А в Европе четверть десятого вечера. Мне захотелось позвонить в Базель.
В тот день, когда привезли стеллаж, я сказал жене:
— Может, нам стоило бы исчезнуть.
Мы ехали в такси. Сияло солнце.
— Как так исчезнуть?
— Может, я должен исчезнуть из твоей жизни. Может, я мешаю твоему счастью.
— Что это еще за трусливое решение?
— Ты же сама говоришь, что тебе плохо.
— Это из-за пациентов, из-за работы. Недавно один психиатр покончил с собой.
— Вот видишь, это начало конца, — сказал я. — К прыгающим пациентам мы уже привыкли, но если психиатры сами начнут накладывать на себя руки, это будет уже полный крах.
— Да, это очень тяжело, особенно для пациентов.
— Похоже на эпидемию. За последний квартал я почти не припомню дня, чтобы ты не рассказывала за обедом или за ужином, что кто-то умер, хотел умереть либо проглотил не те таблетки.
— Не те таблетки — это серьезная проблема. Сегодня один из наших пациентов признался, что все время считал, будто лекарства ему дают лишь для того, чтобы его контролировать. Чтобы его мог контролировать президент.
— Какой президент?
Я расплатился, и мы вышли из такси.
— Президент Соединенных Штатов. Он считал, что через лекарства, которые мы ему прописываем, его мысли контролирует секретная служба.
— Кто знает, может, он и прав. Не так уж это глупо.
— Ну вот опять ты со своими шуточками. Я каждый день выслушиваю подобные бредни на работе и не желаю слушать их снова дома.
Она остановилась.
— Знаешь, в чем проблема с вами, мужиками? — вдруг спросила моя жена. — Вы не в состоянии трахаться, если вас не расхваливать до небес.
У Ребекки вытекло из уголка рта немного горчицы. Я промокнул ей губы бумажной салфеткой.