Обещания богов: читать начало книги онлайн

— Бивен едет. Сделаешь нам кофе?

Час спустя все трое сидели в кабинете. Тот же расклад: Симон за своим письменным столом, Бивен в кресле и Минна на диване — руки в карманах, сама сдержанность, хотя открытия этой ночи принадлежали ей.

Найти Бивена не составило труда: он так и не покидал гестапо. Она даже задалась вопросом, есть ли у него настоящее жилье.

Симону понадобилось несколько минут, чтобы одеться и привести в порядок прическу: волосы прилизаны, как на расписной кегле, яхтсменский ярко-голубой пуловер и парусиновые штаны — полное впечатление, что его парусник качается на волнах где-то неподалеку.

В нескольких словах Минна изложила результаты своих изысканий. Альберт Хоффман. Его профиль, совпадающий с профилем их убийцы. Как его мобилизовали. И как он исчез.

— К чему ты ведешь? — с раздражением бросил Симон. Кофе он им приготовил, но без всякого энтузиазма. — Если твой парень погиб, то что это нам дает?

— В том-то все и дело. Я думаю, он не погиб.

— С чего ты взяла?

— Хоффман исчез во время битвы при Аррасе. Там были горы трупов. Он легко мог подменить свою бляху, сняв другую с мертвеца.

— Тебе не кажется, что ты слегка увлеклась?

— Дай ей договорить, — приказал Бивен, на которого гипотеза Минны, похоже, произвела куда большее впечатление, чем на Симона.

Минна в конце концов встала и начала расхаживать за спиной Бивена. Ей казалось, что она разгуливает в тени холма.

— Я представляю себе эту сцену, — заговорила она тоном, который даже ей самой казался слегка напыщенным. — Снаряд сносит лицо Хоффмана. Он выживает после взрыва. Весь день валяется в грязи.

— Почему «весь день»? — спросил Симон, прикуривая «Муратти».

— Потому что санитары могли подобрать раненых только ночью, — вмешался Бивен. — Днем бы их перестреляли как кроликов.

Симон приподнял брови: то ли «я не знал», то ли «это еще надо доказать».

— Итак, — продолжила Минна, — он агонизирует в грязи и холоде. И вот что он себе говорит: если он выкарабкается, у него будет новое лицо. В любом случае другая внешность. Между тем, что его ждет после окончания войны? Тюрьма. Конечно, ему скостят срок за оказанные родине услуги, но так или иначе ему придется еще несколько лет гнить за решеткой. Не считая его печальной славы убийцы женщин. И что он тогда делает? Берет номерной знак у кого-то из лежащих рядом убитых солдат, а в карман тому запихивает свой. Эта бойня — нежданная возможность сменить личность. И существование.

Бивен вмешался. Судя по его настрою, он готов был любой ценой поддержать Минну.

— По-моему, такое не раз случалось. В хаосе боя многие дезертировали или устраивали так, чтобы их считали погибшими. Когда ты в аду, терять тебе нечего.

Симон глянул на гестаповца с некоторым удивлением: подобные рассуждения, да еще с долей сочувствия в голосе, не очень вязались с тем несгибаемым офицером, которого он знал.

Минна порозовела: теперь у нее появился союзник. Бивен поддержал ее, хотя она и чувствовала, что он не совсем объективен.

— Короче, — продолжила она, — он выбрал кого-то приблизительно своих габаритов или же немного похожего на него и поменялся солдатскими жетонами. Комар носа не подточит. Он стал кем-то другим, конечно, изуродованным, но с чистым полицейским досье.

— И что? — спросил куривший с каким-то остервенением Симон.

— А то, что Альберт Хоффман на сегодняшний день разгуливает по Берлину с другим лицом и новым именем.

Симон огрызнулся:

— Это все сплошные россказни. У тебя нет ни единого доказательства, что так оно и было.

— Доказательств у меня нет, но кое-что мы можем выяснить.

Минна встала, порылась у себя в кармане и выложила на стол овальную цинковую бляху.

— Номерной жетон Альберта Хоффмана. С его регистрационным номером и указанием батальона.

— И что?