Уленшпигель и Гулливер. Антиевангелия XVI-XVIII веков: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

7. Начало истории Гулливера — самое яркое во всем романе. Оказывается, это — насмешливое описание борьбы Геракла-Христа с пигмеями, то есть история Страстей Христа.

Открываем толстый роман Свифта. В издании [760:0b] он занимает 227 страниц. Впрочем, к истории Геракла-Христа ПРЯМОЕ ОТНОШЕНИЕ имеет лишь самое начало книги, то есть главы 1-3, а также главы 5 и 7. Вместе они составляют около 35 страниц: 159-181, 185-190 и 199-206. Следовательно, собственно античной истории Геракла отведено около 15 процентов всего романа. Хотя это и немного, но составляет суть, ядро, смысл всей книги.

Первые три главы романа — это довольно откровенное описание Страстей Христа-Геракла, Его смерти и Воскресения. Судите сами.

• Повествование начинается с морского путешествия Гулливера на корабле. На судно обрушивается страшная буря, часть экипажа гибнет. Уцелевшие спасаются в лодке. Однако под ударами волн лодка вскоре опрокидывается, люди падают в воду и лишь через некоторое время Гулливеру с большим трудом удается выбраться на берег [760:0b], с.159-160.

Перед нами — слегка искаженный важный сюжет из истории императора Андроника-Христа (то есть Андрея Боголюбского). Напомним, что когда в Царь-Граде вспыхнул мятеж, император пытался бежать на корабле с соратниками на Русь. Но страшная буря, захватившая корабль в Черном море, помешала спасению. Посланная за ним погоня схватила императора и вернула в Царь-Град. См. подробности в нашей книге «Царь Славян», гл.2.

• Свифт сообщает о гибели многих спутников Гулливера. О судьбе остальных ничего неизвестно, с.160. Это хорошо согласуется с событиями в Царь-Граде XII века: в результате кровавого мятежа погибло много соратников императора Андроника-Христа.

• Около восьми часов вечера Гулливеру удалось, наконец, выбраться на берег, и он двинулся внутрь суши. Далее Гулливер сообщает: «Однако я был СЛИШКОМ СЛАБ, ЧТОБЫ РАЗЛИЧИТЬ ЧТО-НИБУДЬ. Я чувствовал крайнюю усталость. От усталости, жары, а также от выпитой еще на корабле полупинты коньяку меня сильно клонило ко сну. Я лег на траву, которая была здесь очень низкая и мягкая, и ЗАСНУЛ ТАК КРЕПКО, КАК НЕ СПАЛ НИКОГДА В ЖИЗНИ», с.161.

Скорее всего, здесь сказано о Крестном ходе Христа на Голгофу. Андроника-Христа подвергли истязаниям. Он был очень слаб, уже ничего не различал вокруг себя. Затем Он был распят и умер на кресте. Скептическая версия о Гулливере-Геракле-Христе уклончиво назвала Его смерть — «крепким сном». Настолько крепким, что такого, дескать, в жизни никогда не бывало. Мертвый сон.

• Обратите теперь внимание, что все эти события с Гулливером развернулись «ОКОЛО ВОСЬМИ часов» (якобы вечера) и немного после восьми: выбрался на берег, шел некоторое время, с.161. Но ведь это хорошо согласуется с евангельским указанием, что казнь и смерть Христа произошли ОКОЛО ДЕВЯТИ часов. Сказано: «От шестого же часа тьма была по всей земле до часа девятого; А ОКОЛО ДЕВЯТОГО ЧАСА возопил Иисус громким голосом... Иисус же, опять возопив громким голосом, ИСПУСТИЛ ДУХ» (Матфей 27:45-46,50).

Итак, Гулливер вышел на берег около восьми часов (вечера). Какое-то время прошло, пока он удалился от берега и «крепко уснул». На всё это вполне могло уйти около часа. Потому и получилось, как сказано: «около девятого часа».

• Затем Гулливер просыпается. Он возвращается к жизни. В свете всего предыдущего, это, скорее всего, отражение Воскресения Христа. Он победил смерть и воскрес, «проснулся». Надо сказать, что в скептической версии Свифта Воскресение Христа-Гулливера и Его Страсти, страдания, переставлены местами (частично). Сейчас Свифт начнет подробно рассказывать нам о муках, которые пришлось претерпеть Гулливеру-Христу. То есть якобы ПОСЛЕ Его «пробуждения», а не ДО, как сказано в Евангелиях.

Старинные художники часто буквально, «почти дословно», иллюстрировали библейские тексты. Вот, например, как евангельская концепция, что ХРИСТОС ПОБЕДИЛ СМЕРТЬ, представлена на миниатюре из Иллюстрированной Библии Лютера, якобы XVI века, рис.169, рис.170. Нарисовано следующее. Распятый, но потом воскресший Христос восстал из гроба и, наподобие Георгия Победоносца, наносит удар Смерти, изображенной в виде человеческого скелета у Его ног. Обычно Георгия Победоносца рисуют поражающего копьем дракона или зверя на земле. А в Библии Лютера мы видим редкое изображение Иисуса, поражающего крестом-копьем символ Смерти на земле.

Рис.169. Пророчество Иосии (Ветхий Завет) и Воскресение Иисуса (Новый завет) изображены как одновременные события на миниатюре из Иллюстрированной Библии М.Лютера. Взято из [1443:1], с.126.

Рис.170. Воскресший Христос, наподобие Георгия Победоносца, поражает крестом-копьем Смерть у Его ног, представленную в виде человеческого скелета. Это — необычное и редкое старинное изображение. Взято из [1443:1], с.125.

Эта миниатюра из старинной Иллюстрированной Библии интересна еще и тем, что здесь ОДНОВРЕМЕННО, то есть ПЕРЕПЛЕТАЯСЬ, представлены ветхозаветный и новозаветный сюжеты. Как справедливо отмечают комментаторы, на переднем плане тут показан ветхозаветный пророк Осия (Hosea), обращающийся к верующим [1443:1], с.126. А Воскресение Христа и победа над Смертью изображены на заднем плане. Это прекрасно согласуется с нашими результатами, что события Нового и Ветхого Заветов разворачивались в одну и ту же эпоху, начиная с XII-XIII веков. Причем ветхозаветные события, в основном, произошли ПОЗЖЕ новозаветных. Иногда значительно позже, вплоть до середины XVII века. А в ошибочной версии Скалигера было заявлено, что наоборот. Кстати, обратите внимание на старинную Т-образную форму крестов, на которых распяты Христос и два разбойника, рис.170.

8. Арест, Страсти Христа-Гулливера и Его страдания на кресте.

В изложении Свифта, Гулливер далее подробно и красочно сообщает следующее: «По моему расчету, СОН МОЙ ПРОДОЛЖАЛСЯ ОКОЛО ДЕВЯТИ ЧАСОВ, потому что, когда я проснулся, было уже совсем светло. Я попробовал встать, но не мог пошевельнуться; я лежал на спине и обнаружил, что МОИ РУКИ И НОГИ С ОБЕИХ СТОРОН КРЕПКО ПРИВЯЗАНЫ К ЗЕМЛЕ и точно так же прикреплены к земле МОИ ДЛИННЫЕ И ГУСТЫЕ ВОЛОСЫ. Равным образом, я почувствовал, что мое тело, от подмышек до бедер, ОПУТАНО ЦЕЛОЙ СЕТЬЮ ТОНКИХ БЕЧЕВОК. Я мог смотреть только вверх; солнце начинало жечь, и свет ослеплял глаза... Положение, в котором я лежал, НЕ ПОЗВОЛЯЛО МНЕ ВИДЕТЬ НИЧЕГО, КРОМЕ НЕБА...

Опустив глаза как можно ниже, я различил перед собою человеческое существо, ростом не более шести дюймов, с луком и стрелой в руках и колчаном за спиной...

Наконец после большого усилия мне посчастливилось порвать веревочки и выдернуть колышки, к которым была привязана моя левая рука... В то же время, РВАНУВШИСЬ ИЗО ВСЕЙ СИЛЫ И ПРИЧИНИВ СЕБЕ НЕСТЕРПИМУЮ БОЛЬ, я немного ослабил шнурки... что позволило мне повернуть голову на два дюйма... В то же мгновение я почувствовал, что на мою левую руку посыпались сотни стрел, которые кололи меня, как иголки... много стрел упало на мое тело... и несколько на лицо, которое я поспешил прикрыть левой рукой. Когда этот град прошел, я застонал от обиды и боли... НЕКОТОРЫЕ ИЗ ЭТИХ СУЩЕСТВ ПЫТАЛИСЬ КОЛОТЬ МЕНЯ КОПЬЯМИ В БОКА...

Напротив моего правого уха я услышал стук, продолжавшийся более часа, точно ВОЗВОДИЛАСЬ КАКАЯ-ТО ПОСТРОЙКА. Повернув голову, насколько позволяли удерживавшие ее веревочки и колышки, Я УВИДЕЛ ДЕРЕВЯННЫЙ ПОМОСТ, возвышавший над землей... И ДВЕ ИЛИ ТРИ ЛЕСТНИЦЫ, ЧТОБЫ ВОСХОДИТЬ НА НЕГО. Оттуда один из них, по-видимому, знатная особа, обратился ко мне с длинной речью... Сейчас же после этого ко мне подошли человек пятьдесят туземцев и ОБРЕЗАЛИ ВЕРЕВКИ, прикреплявшие левую сторону головы, что дало мне возможность повернуть ее направо... Я ПОЧТИ УМИРАЛ ОТ ГОЛОДА... Он сошел с помоста и приказал поставить к бокам моим НЕСКОЛЬКО ЛЕСТНИЦ, по которым взобрались и направились к моему рту более ста туземцев...

Я стал делать другие знаки, ПОКАЗЫВАЯ, ЧТО ХОЧУ ПИТЬ... Необычайно ловко... подкатили к моей руке одну из самых больших бочек... я без труда ОСУШИЛ ЕЕ ОДНИМ ДУХОМ, потому что она вмещала не более нашей полупинты. Вино по вкусу напоминало бургундское, но было гораздо приятнее...

Тут у меня снова возникло желание попытаться разорвать свои узы; но, чувствуя еще ЖГУЧУЮ БОЛЬ НА ЛИЦЕ И РУКАХ, покрывшихся волдырями, причем много стрел еще торчало в них, и заметив, что число моих неприятелей все время возрастает, я знаками дал понять, что они могут делать со мной все, что угодно...

С левой стороны большая толпа ОСЛАБИЛА ВЕРЕВКИ в такой степени, что я мог повернуться на правую сторону и всласть помочиться; эта потребность была отправлена мной в изобилии...

Допустим, что эти люди попытались бы убить меня своими копьями и стрелами во время моего сна. Что же вышло бы? Почувствовав боль, я, наверное, сразу проснулся бы и в припадке ярости оборвал веревки, которыми был связан, после чего они не могли бы сопротивляться и ожидать от меня пощады...

Пятистам плотникам и инженерам было поручено немедленно изготовить самую крупную телегу, какую только им приходилось делать. ЭТО БЫЛА ДЕРЕВЯННАЯ ПЛАТФОРМА, возвышавшаяся на три дюйма от земли, около семи футов в длину и четырех в ширину... Ее поставили возле меня, параллельно моему туловищу. Главная трудность состояла, однако, в том, чтобы ПОДНЯТЬ И УЛОЖИТЬ МЕНЯ В ОПИСАННУЮ ТЕЛЕГУ. С этой целью были вбиты восемьдесят свай, вышиною в один фут каждая, и приготовлены очень крепкие канаты, толщиною с нашу бечевку... Девятьсот отборных силачей стали тащить за канаты при помощи множества блоков, прикрепленных к сваям, и таким образом меньше чем за три часа МЕНЯ ПОДНЯЛИ, ПОЛОЖИЛИ НА ТЕЛЕГУ И КРЕПКО ПРИВЯЗАЛИ К НЕЙ. Все это рассказали мне потом, так как во время этой операции Я СПАЛ ГЛУБОКИМ СНОМ, в который был погружен снотворным снадобьем, примешанным к вину...

Навстречу вышли император и весь его двор... На площади, где остановилась телега, ВОЗВЫШАЛСЯ ДРЕВНИЙ ХРАМ, считавшийся самым обширным во всем королевстве. НЕСКОЛЬКО ЛЕТ ТОМУ НАЗАД ХРАМ ЭТОТ БЫЛ ОСКВЕРНЕН ЗВЕРСКИМ УБИЙСТВОМ, И С ТЕХ ПОР ЗДЕШНЕЕ НАСЕЛЕНИЕ... СТАЛО СМОТРЕТЬ НА НЕГО КАК НА МЕСТО, НЕДОСТОЙНОЕ СВЯТЫНИ... Это здание и было назначено для моего жительства. Большая дверь, обращенная на север, имела около четырех футов в вышину и почти два фута в ширину, так что я мог довольно свободно проползать через нее. По обеим сторонам двери, на расстоянии каких-нибудь шести дюймов от земли, были расположены два маленьких окна; в левое окно придворные кузнецы провели девяносто одну ЦЕПОЧКУ... цепочки эти были закреплены на моей левой ноге тридцатью шестью висячими замками. Против храма... СТОЯЛА БАШНЯ... НА ЭТУ БАШНЮ ВЗОШЕЛ ИМПЕРАТОР с множеством придворных... Около ста тысяч народа с той же целью покинуло город, и полагаю, что, НЕВЗИРАЯ НА СТРАЖУ, не менее десяти тысяч любопытных перебывало на мне в разное время, ВЗБИРАЯСЬ НА МОЕ ТЕЛО ПО ЛЕСТНИЦАМ...

Когда кузнецы нашли, что вырваться мне невозможно, они обрезали связывавшие меня веревки, И Я ПОДНЯЛСЯ В ТАКОМ СУМРАЧНОМ РАСПОЛОЖЕНИИ, КАК НИКОГДА В ЖИЗНИ. Шум и изумление толпы, увидевшей, КАК Я ВСТАЛ И ХОЖУ, НЕ ПОДДАЮТСЯ ОПИСАНИЮ. Цепи, приковывавшие мою левую ногу, были около двух ярдов длины... ПОДНЯВШИСЬ НА НОГИ, Я ОСМОТРЕЛСЯ КРУГОМ...

ПОСЛЕ ПРИНЕСЕНИЯ ПРИСЯГИ МОИ ЦЕПИ БЫЛИ НЕМЕДЛЕННО СНЯТЫ, И Я ПОЛУЧИЛ ПОЛНУЮ СВОБОДУ», с.161-167, 181.