— Угу, — безучастно промычал парень.
— Ты у меня молодец, — взял мистер Уокен сына за щеки.
Том легонько кивнул в ответ.
— Обещай, что выкинешь все эти глупости, написанные ею, из головы! И уж, тем более, не вздумаешь их опять использовать! — заглянул Кристофер в глаза сыну.
Не успел парень никак отреагировать, как раздался телефонный звонок.
— Обещай мне, Том, — тряхнул мужчина парня. Тот молчал.
Телефон же настырно продолжал трезвонить.
— Алло, — соизволил взять трубку дворецкий, который все это время грел уши, а также не забыл прочитать вместе со всеми и письмо мисс Стрип. — Хорошо, я ему передам… Мистер Уокен, код «желтый», приказ «срочно прибыть на Тауэрский мост».
— Вот черт! — выругался Кристофер, раздраженно помотав шляпой. — Мне надо ехать, Том. Ты же знаешь — этот код «желтый». Как думаешь, кто на этот раз? Неужели Чарли? — решил перевести тему он и показаться милым весельчаком.
— Думаю, Гарри, — натянул улыбку на лицо Том.
— Как все улажу и вернусь домой — обязательно тебе все расскажу, — потрепал его по голове отец. — А теперь мне пора, — вздохнул он, снимая с головы домашнюю шляпу и надевая служебную. — Но по пути я избавлюсь от этого, — подхватил Кристофер коробку с масками и пошел на выход. — Купить тебе на обратном пути твоих любимых слоеных маковых булочек? — остановился он у входа и взял из подставки зонт.
— Да, спасибо, — ухмыльнулся Том и направился к лестнице. Мистер же Уокен, проводил его взглядом, развернулся и вышел за дверь. Оказавшись на улице, он раскрыл зонт и зашагал по дорожке к воротам.
Парень зашел в спальню и рванул прямиком к подоконнику. Он взобрался на него и уставился сквозь мокрое от дождя стекло на отца. Том видел, как он вышел за ограду и, прежде чем сесть в свой служебный Астон Мартин, подошел к уличному мусорному баку и бросил туда коробку Мэрил. Затем уехал.
Том закрыл глаза, дыхание его стало тяжелым и прерывистым. В носу по-прежнему стоял назойливый сладкий запах духов матери. Парень думал, что давно забыл ее запах, забыл даже, как она выглядит. Но теперь перед ним четкими линиями вырисовывался ее образ. Вот ее голубые глаза, пышные брови, острый нос и тонкие губы, светлые волосы, собранные сзади в пучок. Он видит ее улыбку, такую надменную и брезгливую, но будто с ноткой сожаления.
Том зажмурился и до боли закусил губу, пытаясь прогнать образ матери из головы. Но у него ничего не получалось! Мэрил никак не пропадала! Парень, будто под влиянием какой-то неведомой силы, спрыгнул с подоконника и помчался прочь из комнаты. Он миновал лестницу и оказался в холле.
— Блять! — заорал Том, на секунду остановившись на выходе из поместья и схватившись обеими руками в косяки дверного проема, будто сопротивляясь кому-то, кто подталкивал его в спину.
Он выскочил на улицу и бросился к воротам. В лицо ему хлестал проливной майский дождь. За несколько секунд Том промок до нитки, но, несмотря на это, его было не остановить, и вскоре он подлетел к огромному баку, подтянулся руками за его край и перекувыркнулся внутрь, упав лицом в кучу мусора. Но это его, кажется, нисколько не смутило, и в тот же миг он вынырнул из этой помойной кучи и стал шарить руками вокруг. Вскоре он нашел, что искал.
Кристофер вернулся домой только утром следующего дня. Хоть всю ночь и шел охуевший ливень, заставивший Темзу выйти из берегов, сегодня погода была невероятно солнечной и чудесной. Мистер Уокен со скрипом отворил кованые ворота и в припрыжку зашел на участок фамильного поместья семьи Харди. Настроение у мужчины, который, к слову, был обкурен в хуй, было великолепным. Он разулся, снял с себя носки и завальсировал по промокшему газону. Он так закрутился, так завертелся в танце, что и сам для себя не заметил, как громко запел. В миг вокруг Кристофера закружились пташки, подпевая укурышу веселой трелью. Там и тут, из-под подкопов под забором, на участок стали забегать милые пушисты кролики. Они окружили мистера Уокена и начали водить хоровод. Находясь в эпицентре событий, Кристофер, скинул с себя шляпу, которую поймали маленькими клювами несколько птиц, и затянул пронзительное соло.
— Закрой рот, уёбок! Время семь утра! — трижды заголосил со стороны недовольный голос кого-то из соседей.
— Упс, — прикрыл морщинистой ладонью рот Кристофер, подмигнув одному из кроликов и прикоснувшись подушечкой пальца к его шершавому носику.
Мужчина распрямился и молча пошел в сторону входной двери. Когда он поднимался по ступенькам, птички накинули на его бестолковую голову шляпу, а один из кроликов преподнес мужчине крафтовый пакет с булочками, который тот успел проебать во время танца.
— Благодарствую, — поправил он головной убор и прошел в поместье.
Душа мужчины продолжала петь. Ему казалось, что ничто не сможет омрачить столь прекрасное утро. Кристофер был намерен полностью уделить сегодняшний день Тому. Он даже уже все распланировал: сначала они с сыном плотно позавтракают любимыми булочками Тома, потом немного порезвиться на заднем дворе, сыграв партию-другую в большие каменные шахматы, затем пикник в лесу, а вечером Кристофер разведет камин, и они с сыном устроят лит-вечер за сборником рассказов Толстого да бутылочкой «красного».
— Том, ну где же ты?! — звал мистер Уокен, обойдя весь первый этаж, но нигде не обнаружив сына.
Превозмогая боль в коленях, мужчина поднялся по лестнице. Ебать ты нахуй, Крис! Как выплясывать на улице — это он может! Где же там была твоя боль? Ммм? Мистер Уокен заглянул в комнату Тома, но того не было и там. Да куда же он подевался?! Не на шутку устав от поисков, Кристофер решил зайти в свой кабинет, немного перекурить, отдохнуть, а затем уж и продолжить искать сына.
Посвистывая под нос «Полет Шмеля», мужчина открыл тяжелую дубовую дверь в кабинет и встал на пороге как вкопанный. Все его планы на сегодняшний день в один момент полетели не то что в трубу — в пизду! Если сказать, что он удивился — это не сказать ничего! Кристофер был в ахуе! За письменным столом сидел Том Харди VIII, собственной персоной. Он печально подпирал рукой голову, облокотившись о столешницу, и отречено-раздраженным взглядом смотрел в потолок. На лице же его красовалась…
— Маска?! — охуевше изумился Кристофер, выронив из рук пакет с булочками. — Какого черта, Том?! Ну как же так?! — безысходно простонал он.
— Блять, папа я не могу, — заныл Том, бросив на отца не на шутку печальный взгляд.