Однажды вечером Харди вышел на задний двор, чтобы полюбоваться закатом и немного помеланхолить. Парень приуютился в беседке и устремил взгляд на заходящее за горизонт солнце.
— О! Здарова, Том! Какие дела? — отвлек его через пару минут до боли знакомый голос. Парень обернулся и увидел, как с соседнего участка, через ограду, приветливо машет ладонью Джеррард. — Что-то давно тебя не видно. Все нормально с тобой? Слышал, что ты серьезно заболел…
— Что тебе надо? — раздраженно и довольно-таки грубо перебил его Харди. — Иди, куда шел, а от меня отъебись.
— Ээээм… — трижды изумился непревзойденный Джеррард. — Почему ты так со мной разговариваешь? Ты что, обиделся на меня из-за Милы? Она рассказала мне о вашем разговоре за ширмой, но только не понимаю — причем тут я? Это же она, считай, тебя кинула, а не я! Хотя Мила и вовсе так не считает, и думает, что ничего такого и не произошло…
После этой фразы Том не на шутку вышел из себя. Мало того, что эта бестактная хохлушка так поступила с ним, так еще и растрепала об их разговоре кому не попадя и думает, что ничего такого и не произошло! Ну, надо!
— Слышь, Стиви, а не пошел бы ты на хуй? — медленно вышел из беседки Том, направляясь в сторону ограды.
— Да в чем я виноват? — продолжал беззаботно удивляться Джеррард, незнамо зачем мечтая остаться в глазах соседа ни к чему не причастным.
— Если еще хоть раз доебешься до меня — отвечаю, я тебе уебу, — продолжал свои агрессивные угрозы Харди. — Хотя, я уебу тебе прямо сейчас, если ты немедленно не уберешься с моих глаз!
— Все, я понял! — поднял ладони вверх Стивен, которому совсем не хотелось драки. Хоть он и был спортсменом, но драки были точно не его коньком. Тут и к бабке не ходи — его смог бы уделать даже такой рохля, как Том.
— Знаешь, что еще тебе скажу, олень ебаный, — посмотрел прямо в глаза Джеррарду Том. — Желаю и тебе оказаться когда-нибудь в подобной с моей ситуацией. Чтобы какая-нибудь шмара посмялась над тобой и вытерла ноги! Хотя уверен, что та же Мила так с тобой и поступит! — порол он хуйню обиженного человека.
— Не надо мне такого желать! — трижды округлил рот Стивен. — Слова и мысли материализуются! Забери, пожалуйста, их обратно! — порол и он несусветную ересь, будучи весьма суеверным человеком.
— Да вот хуй тебе! — рявкнул Харди, показав футболисту «фак».
— Возмутительно! — хлопнул себя по бедрам Стивен, гордо поднял изумительный нос и поспешил в сторону своего деда.
— Сука, — процедил Том и громко харкнул вслед уходящему парню.
15 апреля 1998 года.
В этот пасмурный дождливый день Тому исполнилось пятнадцать лет. Ох, как же ты вырос, пацан! Здоровья тебе и долгих лет жизни!
Но Тому было абсолютно безразлично, какая сегодня дата. Напротив — факт того, что сегодня у него был день рождения — не на шутку раздражал его. Ведь, как и каждые предшествующие годы, Кристофер опять накроет на стол, накупит сыну подарков, созовет гостей и закатит денрожденную вечеринку с тортом и прочей праздной требухой.
Практически до самого вечера Том просидел в своей комнате, не желая участвовать в этой глупой вакханалии. Хоть к нему и раз десять заходили и Кристофер, и Мелисса, парень настырно продолжал сидеть в комнате, для надежности спрятавшись в шкафу.
Когда солнце начало катиться за горизонт, Том вдруг услышал сквозь приоткрытое окно до боли знакомые голоса — один хриплый женский, второй тройной мужской. Харди нахмурился, осторожно вышел из шкафа, подошел к окну и аккуратно выглянул, прячась за плотную штору.
Пухлый рот Тома под маской не на шутку округлился от увиденного! Из соседнего дома, держась за ручку и весело хохоча, вышли Мила и Стивен. Вот они спустились по порожкам, пересекли подъездную дорожку, остановились у калитки и… Поцеловались! Поцеловались, блять! Совершенно точно, что эти двое замутили! Не иначе!
Мысли в голове у Тома скакали галопом, ноздри неистово раздувались под маской, а кулаки яростно сжимались. Харди отскочил от окна как ошпаренный и, сам не зная зачем, пулей вылетел из комнаты. Громоздкими прыжками он преодолел лестницу и оказался в холле, откуда ринулся в столовую.
— О! Томас! Ты спустился! — устало и вполне себе обкуренно улыбнулся Кристофер, сидевший за десятиметровым праздным столом.
Мелисса приветливо улыбнулась и помахала парню рукой. На удивление Тома, больше гостей сегодня не было. И то радует… Не отвечая ничего, парень плюхнулся во главе стола и недовольно забарабанил пальцами по столешнице.
— Все в порядке, Том? — прищурено посмотрела на него Маккарти.
— Зачем ты все это опять устроил? — выпалил парень, обведя ладонью стол и уставившись на отца уничтожающим взглядом.
— В смысле? — нахмурился мистер Уокен. — У тебя сегодня день рождения, сынок. Что значит зачем? Я тебя люблю…
— Я каждый год прошу тебя — не надо все это устраивать, мне не нравится этот день! — ударил кулаком по столу Харди-истеричка. — Ненавижу пятнадцатое апреля больше всех дней на свете! Что тебе мало своего дня рождения?! Будет пятнадцатое ноября, да хоть наотмечайся! А меня оставь в покое! Ненавижу этот блядский день!
— Томас… — ошалевше вымолвил Кристофер, совершенно не ожидая такого агрессивного поведения от сына.
— Томас, Томас, — покривил лицом парень. — Сука! Ненавижу, когда меня так называют! Прекращай! Неужели так тяжело называть меня просто Том?! Бесит! — забил себя кулаком по груди он.