«Я не забыла о тебе, Килон, но сейчас у меня другие планы», — подумала она.
Когда она уже собиралась выйти наружу, раздались крики.
Ближайшие к дверям люди в ужасе подались назад. Страх наполнил воздух, и Ариадна инстинктивно присоединилась к отступлению, встревоженно оглядываясь. В открытые двери вошел Полидамант, самый верный соратник Милона. За ним, словно воды переполненной реки, ворвались десятки гоплитов.
Из-за дверей доносился взволнованный ропот тысяч солдат.
Это началось несколько часов назад. Верные гоплиты подобрали в лесу растерзанное тело Милона, главнокомандующего и героя Кротона. Они украсили тело лавровыми и оливковыми венками и перенесли его в Храм Геракла.
Когда стало известно, что Милон погиб, верные ему военные пришли отдать ему дань уважения. До них дошли слухи, что Килон и человек в маске за спиной остальной армии организовали нападение на его дом, прихватив с собой единомышленников. Через пару часов Полидамант объявил, что идет в Совет арестовать виновных, и его могут сопровождать все желающие. Бесчисленная армия, толпившаяся вокруг Храма Геракла, последовала за ним в едином порыве.
При виде ворвавшихся солдат политики отбежали в другой конец зала. Все стремились быстрее убраться с передовой.
Полидамант сделал несколько шагов вперед и обнажил меч. В предчувствии бойни зал содрогнулся.
— Немедленно выдайте мне того, кто виновен в смерти Милона.
Военачальник уже знал, что за этим стоит Килон. Знал он и то, что тот пользуется поддержкой многих в Совете, но не собирался потрошить руководящий орган Кротона. Он хотел лишь вырвать сорняк, уничтожить мозг, задумавший злодеяние.
Советники сразу поняли, кого имеет в виду Полидамант. Все глаза обратились к Килону. Стоявшие рядом с ним отошли в сторону, словно не желая осквернить себя чужой виной.
Килон увидел, что между ним и Полидамантом мгновенно образовалось обширное пустое пространство. Он попытался затеряться среди своих сторонников, но те бесцеремонно вытолкнули его на середину зала. Он смотрел на военного, чувствуя себя совершенно беспомощным. Настало время пустить в ход всю мощь своей риторики. Он шагнул к Полидаманту с раскинутыми в стороны руками, лицо его превратилось в живое воплощение искренности.
— Давайте не будем жертвами очередного обмана, — яростно воскликнул он. — Я первый оплакиваю смерть славного Милона, человека, которым гордится весь наш любимый город…
Ариадна скользнула вдоль стены к дверям, но в этот момент остановилась и сжала кулаки. Ее воля разрывалась между настойчивым желанием как можно скорее исчезнуть и стремлением вмешаться, чтобы Килон не ушел невредимым.
Но вмешательства ее не потребовалось. Полидамант презрительно посмотрел на Килона и, не обращая внимания на его слова, повернулся к гоплитам.
— Закуйте его в цепи и бросьте на дно подземелья. И не давайте ни еды, ни воды.
Он подошел к Килону и с отвращением проговорил:
— Завтра тебя ждет военный суд. Там и решим, как тебя казнить.
Ариадна почувствовала мрачную радость. Килон попытался вырваться, но его держало множество железных рук, которые с силой потащили его наружу. Он яростно извивался, выкрикивая угрозы, потом мольбы. Пока солдаты окружали Килона, осыпая оскорблениями и плевками, остальные гласные хранили трусливое молчание.
Подхватившая его толпа схлынула, а политики поспешили сообщить Полидаманту и гоплитам о сказочном сокровище, которое ждет в лесу. Все перебивали друг друга, поднялся спор, как лучше организовать поход за золотом Даарука. Каждый жаждал хорошенько поживиться.
После долгих прений Полидамант, используя свое нынешнее положение, заявил, что половина золота поступит военным, четверть политикам и еще четверть — в городскую казну.
Ариадна выскользнула из Совета в разгар спора и спустилась по лестнице. Она с тревогой всматривалась в лица военных. Наконец узнала кавалерийского командира, посвященного в братство.
— Архелай, слава богам, — воскликнула она. — Я только что узнала, что они напали на дом Милона во время собрания. Не знаешь, убили ли они кого-нибудь еще, кроме Милона? И где отец…
Голос у нее сорвался, и Архелай поспешил ответить:
— Твой отец сбежал, но он ранен. Думаю, тяжело. Остальные… Погибли почти все, включая Гиппокреонта и Эвандра.
Ариадна почувствовала, как мороз прошел по коже, и окаменела, не в силах осознать масштабы трагедии.
— Мне нужно… — Потрясение было столь велико, что ей пришлось сделать усилие, чтобы вспомнить о нынешней цели. — Мне нужно, чтобы ты дал мне коня и меч.
Не задавая вопросов, Архелай протянул ей свой меч и уступил лошадь. Ариадна схватила повод и неуклюже вскочила в седло, не в силах оправиться от потрясения. Вонзила пятки в лошадиные бока и галопом покинула Кротон.
Глава 136
29 июля 510 года до н. э
От удара он на несколько мгновений потерял сознание.