— Встать! — дружно рявкнули они.
Ряды всколыхнулись в едином порыве и курсанты, привычные к дисциплине, замерли, заложив руки за спину.
— Вольно. Можете сесть, — разрешил Ирвинг.
Подойдя к трибуне, он оглядел море лиц, обращённых к нему.
— Друзья, поздравляю вас с успешным завершением учёбы. Знаю, вам пришлось нелегко, но как сказал выдающийся полководец одной захолустной планеты: «Трудно в учении, легко в бою». Я надеюсь, что вам помогут те знания, которые мы пытались вдолбить в ваши головы.
Ирвинг положил руки на трибуну и добродушно ухмыльнулся.
— Старожилам, кто учится у нас не по первому разу, объяснять ничего не нужно. Они уже всё знают. Ну а вы, новички, имейте в виду, что здесь ваш дом. Вы всегда здесь желанные гости. Будет трудно, обращайтесь. Поможем, чем сможем. От вас же требуется только одно — не ронять честь Навигационной школы. Понятно? Не то гореть вам в аду. Это я вам обещаю. Имейте в виду.
Подавшись вперёд, Ирвинг обвёл зал зловещим взглядом, и курсанты обескуражено притихли. Но густой басистый смех быстро разрядил обстановку.
— Ну, полноте вам, друзья! Не такой уж я и страшный! — добродушно прогудел он и предложил: — Ну что, мальчики и девочки, а не спеть ли нам нашу песню?
Повинуясь его жесту, под сводами зала развернулось звёздное полотнище Навигационной школы и, набирая силу, зазвучал величественный гимн, знакомый всем выпускникам без исключения.
— Вива, рутерия! Злони аратай! — запел Ирвинг на удивление красивым сочным басом.
Курсанты вновь поднялись со своих мест.
— Вива, рутерия! Злони аратай! — дружно поддержал его зал.
Когда гимн был допет, Ласло вместе со всеми опустился на место. Девушки тихонько всхлипывали. Молодые люди хмурились и прятали глаза. Растроганный землянин, не скрываясь, вытер слёзы, выступившие на глазах. Ласло было вдвойне тяжелей. На него навалились аналогичные воспоминания с Земли. Отвлекшись, он не заметил, что на сцене поменялись декорации и замелькали посторонние люди с приборами, в которых без труда можно было опознать потомков любителей кинокамер. Выпуск в Навигационной школе имел планетарное значение, и вездесущая пресса, конечно же, не могла пропустить такое событие.
Наконец на середину сцены выплыл длинный стол с преподавателями, что знаменовало собой начало вручения дипломов.
— Эй, Романович, кончай реветь! Живо на сцену! — весело выпалила староста группы. Толкнув его локтем, она с завистью добавила: — У, отличник несчастный!
— Что, уже моя очередь? — удивился Ласло.
— Ну да! Вызывают вас, элиту. Первую двадцатку школы по успеваемости.
Ласло удивился ещё больше.
— Я не знал, что вошёл в их число.
— Смотри туда! — староста ткнула в направлении светового табло, зажегшегося над сценой. — Видишь? Под двадцатым номером числится некто Романович. Если мне не изменяет память, то у тебя здесь нет однофамильцев.
— Твоя правда. Ну, я пошёл?
Староста, крохотная кудрявая девчушка, вскочила на ноги.
— Стой! Застегни мундир. Ты же не кто-нибудь, а будущий суперкарго, второе лицо на корабле, — строго сказала она и, расплывшись в белозубой улыбке, крепко его обняла. — Поздравляю, Романович! Ты молодец! Мы все тобой гордимся.
Растеряно пожимая руки сокурсникам — поздравления сыпались со всех сторон — Ласло выбрался в центральный проход, ведущий к сцене. На негнущихся ногах он добрался до постамента и, забравшись на него, занял своё место в шеренге отличников. Придя в себя, он покосился на соседей. Знакомых оказалось немало. Особенно его порадовало, что Чирик занимал пятое место в шеренге отличников, Фанечка — двенадцатое. Ну а первым стоял не кто-нибудь, а его недруг — Рид-арр-Перев.
«Вот гад! И здесь от него никуда не деться», — усмехнулся Ласло. Впрочем, его не удивило ни присутствие друзей, ни звёздного кота. Они часто выигрывали в различных состязаниях, проводимых в Навигационной школе. Он тоже неплохо учился, правда, не ожидал, что войдёт в двадцатку лучших.
И всё же Ласло немного расстроился, что находится в самом конце шеренги. Поймав презрительный взгляд Рид-арр-Перева, он широко улыбнулся и помахал своей группе, сидящей недалеко от сцены. «Ласло! Ласло!» — начали скандировать суперкарго, и вскоре их поддержал весь зал. Землянин расцвёл и победно посмотрел на звёздного кота. Но тот подпортил ему триумф.
«Дешёвая популярность и сам ты дешёвка!» — беззвучно проговорил Рид-арр-Перев и отвернулся. «Ну, всё! Убью скотину!» — Ласло стиснул зубы. Борясь с нестерпимым желанием немедленно наброситься на врага, он поймал испытующий взгляд Борца. Благодаря Ирвингу в последнее время они часто встречались в неформальной обстановке. Но дружеских отношений у них так и не сложилось. Борц был приветлив, тем не менее что-то в нём удерживало Ласло от фамильярности, с которой он общался с толстяком.
Криво усмехнувшись, он разжал кулаки и поискал взглядом Вайду, но не нашёл и решил, что просто не увидел её среди остальных. Начавшаяся суета с вручением дипломов и ответная благодарственная речь, вдруг бесследно улетучившаяся из головы, заставили его позабыть о ней.
Ласло вспомнил о девушке только тогда, когда её вызвали к сцене, а она не вышла. В президиуме поднялся лёгкий переполох, которым сразу же заинтересовались журналисты, падкие до сенсаций. Он вместе с друзьями бросился разыскивать девушку, но их усилия не увенчались успехом, и в его душе всколыхнулась тревога. Неявка на вручение диплома без уважительной причины было неслыханным событием в истории Навигационной школы. За это могли запросто деквалифицировать и заодно наложить огромный штраф — за попусту потраченные материальные ресурсы и преподавательское время.