— Отлично, вы все успеете. Цыгане расположились недалеко, мы вам покажем, проводим к ним. Вы их проверите засветло, а самогонщиков надо ловить потемну.
И ведь уговорила милиционера!
С парома сошли вместе и до самой полянки, где были разбиты шатры цыган, шли дружной компанией. Милиционер вел коня в поводу, а девчонки поспевали рядом, любуясь его нарядной формой и красивым вороным конем.
Незаметно подошли к цыганской поляне.
Огляделись — а пестрых шатров нет! Исчезли цыгане. Только дух их остался. Пахло дегтем, дымом, недавно брошенным, неприбранным жильем. Ведь только что были здесь. Еще утром, когда шли на экскурсию, видели, как они завтракали у костров. Свежие следы колес да теплая зола в кострах говорили, что уехали цыгане совсем недавно.
Куда? А мало ли куда! На то они и кочевники. Следы вели на юг. Милиционер посмотрел на карту, достав ее из полевой сумки, рассчитал движение конного транспорта по военным нормам и сказал:
— По всем данным уже в другом районе… Преследовать нет смысла.
— А почему вы их преследуете?
— Плохие дела за ними водятся. Есть сведения — скупают за бесценок лучших коней у хозяев, которые не хотят, чтобы достались они колхозам.
— Вот противные… Мы из-за них тоже пострадали, — сказала Сима, — нас в деревне приняли за цыганят!
Милиционер рассмеялся:
— Да, черны вы, как цыганочки.
— Мы еще не очень, вот у нас Рубинчик черен и курчав, как настоящий цыган.
Пошутили, посмеялись, пособирали земляники, а тут и вечер наступил.
— Ничего, — утешала милиционера Сима, — не догнали цыган, поймаете самогонщиков.
И как только стемнело, повела свое звено в сопровождении конного и вооруженного товарища туда, где зажигают ночные огни и курят поганое зелье самогонщики.
Все шло отлично. Симу только мучила совесть, что она, никого не предупредив в лагере, ведет звено в лесной поход. Наступит ночь, а их нет. Все будут волноваться.
И вдруг навстречу старые знакомые Фома и Ерема. Важно шествуют босиком, с удочками на плечах на вечернюю зорю.
— Здравствуйте, ребята!
— Наше вам, красные галстучки! Где запропали, почему в село не показываетесь?
— Да нет… просто у нас другие экскурсии были. Слушайте, друзья, выручите меня, отнесите в лагерь записку, — попросила Сима.
— Ладно, — согласились, не отнекиваясь, ребята, — нам все одно, под берегом у вашего лагеря поудим, там на поздней заре здорово окуни берут.
Сима отыскала тут же щепку и торопливо написала на ней несколько слов вожатому, чтобы о них не беспокоились, а Фоме шепнула:
— Только, чур, не говорите, что мы пошли в лес.
— Ладно, — кивнул Фома, — про милиционера тоже не говорить, что заарестовал вас?
— Нет, какой ты смешной, за что милиционер может арестовать пионеров? Мы идем с ним вместе ловить самогонщиков!
— Ага, — подмигнул Ерема, — тех, которые в лесу дымокурят!
— Ну, конечно. Только молчок. Это наша тайна.
Фома и Ерема понимающе кивнули и, схватив щепку, зашагали к лагерю.