— И проклятье, — поспешно добавила девочка. — Если оно есть, конечно.
— Я же тебе говорил, что есть. — сказал Марк.
— Я не всем верила. — пожала плечами Василиса. — Но над твоими словами я призадумалась.
— Проклятье? — Эфларус выглядел удивленным. — А-а-а! — понимающе произнес он. — Твой Ключ называется черным вовсе не из-за плохого предназначения. Черным его прозвали из-за цвета стен комнаты, к дверному замку которой он подходит. Я лично просил у часового мастера сделать ключ в виде кинжала и вмонтировать в лезвие точные часоводы. ЧерноКлюч настолько силен в управлении Временем, что может остановить любой механизм на земле. Даже… сердце. Сердце человека.
— Сердце? — изумилась Василиса.
— Вот почему книга называется «Часовое сердце»… — задумчиво произнёс Лёшка.
— Всё верно. — кивнул Данила.
— Да-да, — покивал Эфларус. — Ведь сердце — это тоже механизм, ты согласна? Оно не только регулирует доставку крови к мышцам и органам, но и отсчитывает время твоей жизни. Ты никогда не задумывалась над этим? — Эфларус весело прищурился, довольный замешательством Василисы. — Да, девочка, сердце — самый уникальный часовой механизм в мире. Но даже из-за этой способности — с легкостью останавливать Время, — продолжил часодей, — вряд ли можно сказать, что на ЧерноКлюче лежит проклятье.
«Скорее всего, Марк с Нортом просто наврали!»
— Нет Василиса. — помотал головой Марк. — Это не так.
— Хоть ты и выжила, но в нём проклятье всё равно было. — поддакнул Норт.
— Но как это? — до сих пор не поняла Василиса.
— Потом узнаем мы все в книге. — прервал Нортона Миракл.
— обозленно подумала Василиса. И спросила:
— А что мне сделать, как хозяину ЧерноКлюча, чтобы Алый Цветок наконец расцвел?
— А, все просто, — махнул рукой Эфларус. — Тебе придется перерезать его стебель. Без этого нельзя будет использовать силу чудесного растения для нового Временного Разрыва. Да, я все знаю, — останавливая Василису жестом руки, добавил часодей. — Знаю, что дела Эфлары настолько плохи, что приходится творить новый разрыв Времени. Я видел это в одной из вероятностей будущего.
— Он тоже умеет смотреть в будущее?! — ужаснулся Рознев.
— Ну…вот ты как читаешь и слушаешь?! — вновь не выдержал Марк. — Он же великий часодей!
— А точно…
— Лёх с тобой полный пиз —
— Марк! — возмутился Нортон.
— С тобой полный капец!
А ведь я предполагал, что самый верный способ — перевести планету на сто часов назад! — вдруг с жаром выкрикнул он. — Надо всего лишь перевести время ровно на сто часов назад! У Земли, как у основной планеты, всегда будет большая скорость, а у Эфлары, как у планеты-двойника, — меньшая, вот почему Временной Разрыв сокращается. Понимаешь?
Василиса не совсем понимала, но на всякий случай кивнула.
— Я тоже не понял. — хмыкнул Маар.
Ей было интересно узнать, к чему клонит великий часодей.
— А если перевести планету на сто часов назад, Земля, как планета с большей скоростью, во времени всегда будет убегать от Эфлары. И больше не надо будет беспокоиться.
— Но если Эфлара будет в прошлом, значит, Духи смогут перейти на нее, когда захотят?
— Какие интересные вопросы! — поддержала Лисса.
— Молодец! — похлопала в ладоши Диана.