Часодеи читают Часодеев (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я всё равно переживаю.

Чтобы Фэш не переживал, Василиса обняла его.

Кровь ударила ей в голову, в висках сильно застучало, даже ноги подкосились от волнения: Василиса поняла, что сейчас произошло самое жуткое — ЧерноКлюч действительно не подчиняется ее воле. Сейчас его отберут… И что же в таком случае будет с ней самой?

Краем глаза она увидела, как Астрагор совершил едва уловимое движение, словно пытался что-то подсказать… Но вместо этого Дух Осталы протянул руку за Ключом.

— Щас по идеии должно что — то произойти… — с надеждой произнесла Захарра.

— Я тоже надеюсь… — кивнул Маар.

Его узкая и щуплая, призрачно-белая, будто из мрамора ладонь по-настоящему испугала Василису. Если она хочет стать часовщицей, принадлежать этому странному часовому миру, ей надо что-то сделать именно сейчас, в эту самую минуту! Иначе отберут Ключ, стрелу, часолист… друзей, новые возможности, весь этот мир… и отберут навсегда.

— Не должно этого произойти, не должно… — всё ещё надеялся Фэш. — Давай…

Неожиданно девочка вспомнила речь тренера, некогда сильно ее взволновавшую.

«В спорте надо всегда быть начеку, — говорила Ольга Михайловна. — Если будешь идти только вперед, не испугаешься трудностей — станешь чемпионом! Но можно сделать всего лишь маленькую ошибку — оступиться, сорваться, выронить палочку с лентой, упустить мяч — и все, не видать тебе медали… Бывают такие неудачи, что ломают навсегда… Вот почему в жизни есть шансы, которые случаются один-единственный раз, и такие моменты всегда, всегда чувствуешь!»

— Золотые слова… — похлопала в ладоши Дейла.

— Лучшие слова, которые я когда — либо слышала… — поддержала ЧК.

— Твой тренер просто прекрасен… — с улыбкой произнёс Марк.

«Василек», — прошептала про себя Василиса.

За ее спиной взметнулись два легких, струящихся, как шелк, ало-черных крыла.

— Что ты делаешь?!

Она так и не поняла, кому принадлежал этот пронзительный крик,

— Это был крик Елены. — сказал Марк. — Я сам чуть не оглох.

— Поддерживаю! — кивнула Дейла.

да и не особо интересовалась: выставив Стальной Зубок острием вперед, Василиса прыгнула в самую синь Колодца.

…Мимо проносились крупные звезды — яркие, разноцветные, вспыхивающие тревожными огнями. Они то увеличивались в размерах, превращаясь в огромные пятна, похожие на размытый молочный кисель, то вновь сужались в едва мерцающие вдалеке точки. В этом странном и нереальном космическом пространстве дышалось легко и свободно, словно Василиса летела над морем и слабый утренний бриз дул ей в лицо. Она не выбирала направление, всецело доверившись ЧерноКлючу: рукоятка часового кинжала сильно нагрелась в ее ладонях и слегка вибрировала, поворачивая то вправо, то влево, — лезвие само находило правильный путь.

— Молодец. — поддержал Родион. — Доверяй только себе и Ключу.

Неожиданно Стальной Зубок круто вильнул вправо, и Василиса увидела большой чугунный утюг, мчащийся навстречу, — большой, старый и ржавый, с рельефной зубчатой крышкой-ручкой. Девочка вскрикнула и метнулась в сторону, чтобы обогнуть препятствие, но снова чуть не столкнулась с портретом мрачного лысого старика в старой позолоченной раме.

— Мандигор? — спросил Лёшка.

— Нет, не он. — ответила Василиса.

Вещи стали появляться все чаще и чаще, и были они самого разного толка. В основном попадались знакомые предметы, принадлежащие к разным эпохам: пустая стеклянная бутылка, деревянное колесо, сундук с раскрытым нутром, швейная машинка, мобильный телефон без задней крышки,

— Оууу, старый телефон! — пропела Дейла.

— Щас уже телефоны без крышки. — сказал Норт.

раскрытый неработающий ноутбук, ржавый рыцарский меч, витой охотничий рог, отделанный серебром… Шкатулки и зеркала в овальных рамах, разорванный веер, старый кассетный магнитофон, ковер в восточных узорах, едва не накрывший Василису с головой, кресло на гнутых ножках, софа, дубовый стол, пустая птичья клетка… Но чаще всего Василиса видела часы самой разной формы и размеров — настенные, с маятником и домиком для кукушки, круглые карманные на цепочке, прямоугольные электронные или песочные, в прозрачных корпусах…

— Красивые. — сказала Маришка.