— Но не таким же способом! — зло процедила ЧК, смотря на Нортона.
— А как иначе? — спросил Нортон.
— Вот она, любовь к дочери… — тяжело вздохнул Миракл.
— насмешливо пояснил Марк и, ухмыльнувшись, добавил: — И поздравить с посвящением. — В отличие от Норта он был абсолютно спокоен и даже как-то радостно-благодушен.
Позади него опять зашептались и захихикали.
Василиса беспомощно огляделась: стены из булыжника, грубо перемазанного строительным раствором, низкий бурый потолок, с которого свисает единственная железная люстра с кольцом мерцающих свечей, а двери… дверей она не видела.
— Молодец, что изучаешь комнату. — похвалил Константин.
Может, они скрывались за спинами тех, что стояли за Марком и Нортом?
— Где я нахожусь? — спросила Василиса, стараясь изо всех сил, чтобы голос не дрожал.
— Ты уверена, что хочешь знать? — улыбнулся Марк.
«Как кошка с мышкой», — угрюмо подумала Василиса.
— Реально, слушай! — подтвердил Маар.
Позади них опять захихикали.
— Кто это такие? — Василиса неприязненно посмотрела через плечо Марка, но неизвестные весельчаки были за пятном света и поэтому оставались практически невидимы.
— Это мои друзья, одночасники, — ответил Марк, — пришли на представление. Сейчас дождемся учителя и будем ставить очень интересные опыты.
В темноте опять засмеялись, а кто-то откровенно загоготал.
— Хватит ржать! — не выдержала Захарра. — Ты можешь их как — то заткнуть, Ляхтич?
— Нет, не мог. — пожал плечами Марк. — Для меня это…доставляло удовольствие.
Василиса, смутившись, отступила к противоположной стене, во тьму. Но кольцо свечей, как живое, метнулось за ней по потолку, вновь осветив ее маленькую фигурку.
Марк с Нортом медленно подошли поближе. Одночасники же остались на месте.
— Меня удивляет, — начал Марк, — что ты не спрашиваешь, как именно сюда попала? Тебе что, неинтересно?
— Так и не ответила. — тяжело вздохнул Марк.
— Мне было плевать. — хмыкнула Василиса.
Василиса промолчала. Последнее, что она помнила, — мельтешение цифр вокруг себя, синий цветок… безмятежно спящую Диану и… все.
— Ну и как же? — хмуро спросила она, украдкой переминаясь с ноги на ногу: босые ступни леденели на холодном полу.
— Начнем с того, что я следил за тобой по приказу твоего отца. Видел твое выступление на Чарованиях… — Марк осклабился. — И даже послал букетик с почти любовной запиской.
— Так и знал, что это ты! — с энтузиазмом произнёс Лёшка.
— Все догадались уже. — сказал Норт.
Позади опять засмеялись, будто зрители, наблюдающие очень веселое и забавное представление.
— Да-да, я прочитала ее, — кисло ответила Василиса. — Мой ответ — нет.