Примаро, улыбнувшись посмотрел на Ника и Фэша с интересом.
— Ты об этом?! — понял Фэш. — Фу, братец! Я по девушкам!
— Фууу! — скис Марк. — Примаро, мне аж не приятно стало!
— Извините! — засмеялся Примаро.
Или искала уединения в комнате, где подолгу разглядывала кинжал, интересовавший ее даже больше, чем Рубиновый Ключ.
— Согласен. — поддержал Маар. — Необычный ключ.
Диана возвращалась только поздно вечером, и они сразу же садились ужинать в беседке. Ребята вели себя нормально: болтали, шутили, смеялись, и Василиса успокаивалась. Правда, она часто ловила на себе долгие оценивающие взгляды Фэша, но он старался не встречаться с ней глазами и совсем перестал дразнить.
— Ну конечно! — улыбнулся Фэш. — Я же не идиот.
Собственно, они почти не разговаривали. Если возникала крайняя необходимость в их общении, Фэш всегда обращался к ней подчеркнуто вежливо, из чего Василиса сделала вывод, что Диана с Ником наверняка сделали ему небольшое внушение касательно ее персоны.
— Нет, я сам.
Честно говоря, она даже начала немножко скучать по его колкостям.
— Фейра моя любимая! — засмеялся Фэш.
— Треугл мой любимый! — засмеялась в ответ Василиса.
Но впрочем, если о Ключах мало разговаривали, то о своей жизни ребята очень охотно рассказывали.
Диана ходила в часодейную школу для особо одаренных фей с математическим уклоном. Оказалось, что в часодействе без этой науки никуда.
Ник в математических науках был очень силен. По его словам, он с детства помогал отцу чинить всевозможные часовые механизмы и даже разбирался в сложных чертежах часовых устройств.
Старший Лазарев заслуженно считался лучшим часовых дел мастером, и его очень уважали. Именно за мастерство в работе со Временем его и приняли в высший государственный совет — РадоСвет.
— Если бы не Нортон. — усмехнулся Лазарев.
Фэш учился в Школе темночасов. А еще входил в особую группу талантливых учеников, и потому жил в Воздушном замке, где раньше дополнительно посещал школу часодейства самого Астариуса — верховного правителя Эфлары.
Астариус был одним из тех немногих часодеев, кто владел секретом управления Времени, и поэтому мог путешествовать по прошлому и будущему.
— Который раз вы уже обо мне будете говорить? — засмеялся Родион.
— Много раз, Господин Астариус. — улыбнулся Фэш.
То есть, как уже говорила Василисе Диана, великому часовщику было известно, что творилось и будет твориться в мире. Обычно мудрый часодей проводил время в Звездной башне Воздушного замка, и если показывался, то только в экстренных случаях, в остальное время доверял управление государственными делами РадоСвету.
Василиса с удивлением узнала, что Диана и Фэш много знают об Остале.
— Но не о технологиях! — улыбнулся Лёшка.
— Пф! Тоже мне! — цокнул Фэш. — Но я знаю об интернете вашем. Не переживай.
Оказывается, часовщиков из Высшего Круга сразу же посвящают в историю двух миров, объединенных (а если смотреть с другой стороны, то разъединенных) Временным Разрывом.
Правда, большинство эфларцев знать не знают ни о какой Остале и считают рассказы о технической цивилизации остальцев сказками.
— Как интересно однако. — призадумался Лёшка. — Волшебный мир считают сказками, а эфларцы нас.
— Да кстати. — кивнул Рэт.