— Так, давайте. — согласился Миракл.
— Норт, начинай. — потребовала Диана.
Василиса очутилась на мосту, в самой гуще многолюдной толпы. По проезжей части туда-сюда сновали машины, то и дело слышался визг потревоженной автосигнализации. В воздухе ощущалась прохлада и сырость — кажется, только что прошел дождь, но Василиса, одетая в плащ-накидку для временных перемещений, чувствовала себя преотлично.
— Ну в Англии всегда дожди. — пожала плечами Диана.
— И это кстати плюс. — улыбнулась Василиса.
— Да, я очень люблю дожди. — слабо улыбнулась Дейла.
— Не только ты. — поддакнул Норт.
Люди, окружавшие ее, смотрели куда-то вверх — стояли, задрав головы и почти не двигаясь. Складывалось ощущение, что они чего-то ожидали. Василиса тоже запрокинула голову, да так и замерла, увидев чуть поодаль предмет всеобщего восхищения — высочайшую башню с часами, увенчанную остроконечной крышей.
По округе разнесся гулкий, протяжный перезвон колоколов, играющих торжественную мелодию, похожую на гимн. Неожиданно эти часы напомнили ей другие — те самые, что появились из бутылки с часовым зельем: огромные, огненно-черные, мистические.
— Они самые такие классные. — улыбнулся Фэш.
— Соглашусь. — кивнул Маар. — Я там был.
— Ой, я посмотрю тв везде был.
— Не везде, но во многих странах.
— Биг-Бен каждый час наигрывает мелодию со словами «Сквозь этот час Господь хранит меня, и сила его не даст никому оступиться», — протараторил кто-то над ухом.
Василиса осторожно скосила глаза: голос принадлежал полному мужчине в мятом белом костюме и шляпе. Несмотря на сумеречную пору, его глаза почему-то скрывались за черными солнечными очками, а на широкой груди висел большой фотоаппарат.
— В этих часах живет дух старой Англии, — важно сказал другой мужчина, низкий и худощавый, тоже с фотоаппаратом.
— Стоп, а почему они не говорят на английском? — спросил Лёшка.
— Наверняка Василиса просто знает английский, а это для читателей. — пояснила Николь.
— Да кстати, возможно. — согласилась Захарра.
— Англичанка ты наша. — с улыбкой добавил Марк.
— В этом вся я. — хмыкнула Василиса.
— Раньше Биг-Бен носил название башни Святого Стефана, — подхватил высокий женский голос откуда-то слева. — А теперь его переименовали в башню Елизаветы, в честь шестидесятилетия правления нынешней английской королевы.
— Это самые большие часы в мире! — выкрикнул какой-то паренек не старше самой Василисы, чуть не оглушив ее.
— Не просто самые большие, а самые большие четырехсторонние часы с боем! — уточнил кто-то снисходительным тоном.
Похоже, Василиса попала в самую середину большой туристической группы. Как только молот часов пробил о колокол первый удар, все, кто стоял под башней, восторженно заахали и с большой скоростью защелкали фотоаппаратами.
— Да, я бы там много чего нафоткал. — протянул Данила.
— Василиса уже побывала в Лондоне, а я торчу в Подмосковье и страдаю хернёй! — возмутился Лёшка, отчего все засмеялись.
— Бедный Лёшка. — с улыбкой протянула Эсмина.
— Не завидуем тебе. — добавила Маришка.
— Знаю! — цокнул Рознев.