— Таак… — протянул Нортон. — Без моего разрешения хочешь с ней встретится?
— Да, но не получилось… — вздохнула Лисса.
— Ну и хорошо. Но без моего разрешения?!!?
— Не кричи…
Фея передала и астроградские новости: поговаривали, что Астариус вскоре отправится в долгое временное путешествие, но пока находится в Звездной башне. А еще ходили странные слухи про госпожу Мортинову: якобы она покидает школу, чтобы заняться политикой и даже метит на пост главы Астрограда вместо Астариуса. Одно радовало — судя по всему, Елена сильно поссорилась с Нортоном-старшим, их давно не видели вместе.
— Ишь чего захотела из школы уходить! — засмеялся Марк.
— И занять пост вместо Астариуса. — добавил Ярис.
— Не имеет даже право! — зло процедил Родион, улыбаясь.
Вернулась Гроза, притащив с собой на здоровенном подносе гору бутербродов, всякие сладости, фарфоровый чайник, из носика которого подымалась ароматная струйка пара, и две большие чашки. Пока Гроза раскладывала все это богатство прямо на траве, Василиса делилась с нею полученными новостями.
Поедая шоколадное печенье в виде эфларов, леденцовые спиральки и часовые стрелки из фруктового зефира, девочки принялись рассуждать, как лучше отпраздновать приближающийся Василисин день рождения. Можно было просто собраться вместе с друзьями, если отец, конечно, разрешит тем приехать. А еще Василиса очень хотела пригласить Белую Королеву.
— Не получится… — вздохнула Лисса. — Прости.
— Да уж… — согласился Нортон. — Прости нас.
— Ладно уж… — вздохнула Василиса, затем просияла. — Но вы зато были на моих предыдущих день рождения!
— Это уж точно. — слабо улыбнулась Лисса.
Гроза предложила обратиться непосредственно к Черной Королеве и настоять на том, что четырнадцать лет — это невероятно важное событие в жизни любого человека, поэтому необходимо его хоть бы скромно, но отметить. А лучше даже нескромно, с размахом!
В самый разгар столь приятного обсуждения часовой браслет Василисы прозвенел: это Миракл вызывал новоиспеченную ученицу на очередное занятие.
— О, вот это уже интересно! — потёр ладошки Нортон.
— Так, и что там было? — спросил Ярис.
— Щас прочитаю. — улыбнулся Ник.
В Каминной зале витала сонная, душноватая атмосфера вечера, наступившего после жаркого дня. Где-то под самым потолком щебетали случайно залетевшие птички, возле камина копошились в куче угля два клокера — один втягивал в себя золу, другой выкладывал в корзину-дровницу свежие поленца.
Василиса немного устала за день, но внимательно слушала зодчего и старалась запоминать все, что он сейчас рассказывал: о Клубках, переплетениях временных коридоров людей, о судьбоносных узлах. После того случая с подслушиванием Василиса не хотела расстраивать зодчего даже самой маленькой провинностью. Миракл и сам стал относиться к ней с большой предупредительностью, — после того, как узнал о часовом флере. Даже сейчас девочка нет-нет да и ловила на себе его заинтересованный, немного настороженный взгляд.
— Я уже думала вы будете меня сторонится. — пожала плечами Василиса.
— Да нет вроде. — ответил Миракл. — У тебя же интересный дар.
— Да, спасибо.
— Ну что ж, хватит на сегодня теории, — вдруг заявил Миракл, широким жестом отодвигая в сторону книги. — Сегодня так душно, что лучше бы окунуться в Черном озере… Правда, про него ходят такие таинственные слухи, что я поостерегся бы там долго плавать. — Он улыбнулся Василисе и, хлопнув себя по коленям, решительно встал. — Тебе нужен маятник! Маленькая блестящая вещь на цепочке, которую можно раскручивать в разные стороны, запуская точный ход времени. Сразу предупреждаю: его придется всегда носить с собой, поэтому лучше взять легкую вещь…
— Я её уже с собой долго несу. — Василиса открыла медальон, где внутри лежал тиккер.
— Рады, тебе в шестнадцати летнем возрасте пригодится. — улыбнулся Нортон.
— Знаю, поэтому и держу при себе.
Василиса молча стянула с себя медальон, подаренный ей Белой Королевой.
— О! То, что надо! — просиял зодчий. — А я-то хотел одолжить тебе на первый случай свои карманные часы. Правда, они немного тяжеловаты для девичьей руки… А вот твой изящный медальон просто создан для того, чтобы стать маятником. Откуда у тебя столь прекрасная вещица?