Впрочем, Нортона-старшего не волновало отношение слушателей. Спокойным тоном, словно просил о чем-то несущественном, он предложил дочери «явить доказательства». Как только Василиса с уже отработанной легкостью вызвала цифры и, повторяя сто раз проделанное упражнение, выстроила их кольцом вокруг себя, лицо Миракла изменилось: брови взлетели вверх, а рот непроизвольно открылся. По всему было видно, что зодчий глубоко потрясен. То же изумление читалось во взорах остальных, по залу пошли недоуменные шепотки и восклицания.
— Молодец, Василиса! — поддержали все.
— Ты реально умница. — улыбнулась Диана.
— Были бы все мы, то опалодировали тебе. — сказала Лисса.
— Спасибо вам. — поблагодарила Василиса.
Закрепляя успех, Василиса продемонстрировала все, чему успела научиться: она складывала цифры в ряд, завивала их лентой, собирала в огромный шар. Все тот же Миракл с напряженным интересом наблюдал за ее действиями.
Первым не выдержал старик Фатум. Он заковылял к Василисе и с бурчанием «Фокусы, знаем мы все его фокусы!»поспешил дотронуться до одной из цифр — та с шипением и треском исчезла. За нею пропали и остальные цифры. Удивленная Василиса поспешила вновь вызвать часовой флер и закрутить искрящейся лентой вокруг себя. Фатум помрачнел еще больше, почему-то бросил лютый взгляд на Миракла, но вернулся на свое место, сел подле обеспокоенного его поведением ученика, и до конца совещания не проронил ни слова.
— А куда он лезет?! — удивился Марк.
— Что он делает вообще?! — добавила Маришка.
— Он просто завидует ей наверняка, вот и всё! — цокнула Захарра.
— Сто процентов… — зло прошипела Эсмина.
Зато Миракл повеселел.
Он тоже приблизился к отцу с дочерью и тихо спросил:
— Это природный дар или… обретенный?
Нортон-старший ответил, почти не разжимая губ:
— Природный, без сомнения. В нашей семье похожий дар встречался только у одного человека… Правда, он вертел вокруг себя не только цифры, но и порою целые эпохи…
— Афигеть! — просиял Лёшка. — Даже и такое могут?
— Даже и такое Лёш. — кивнула Дейла.
— Да, знатный был мерзавец, — усмехнулся Миракл.
— Это кто такой? — поинтересовалась Василиса, но отец и зодчий сделали вид, что не расслышали ее вопрос.
— Ты знаешь, почему я спрашиваю, — настойчиво продолжил Миракл. — Духи любят раздаривать большие подарки, вроде камней настроения, а потом отбирают взамен самое ценное. Ты уверен, что еще не задолжал этот дар одному Духу, нашему старому знакомому?
— Ой, даже не стоит. — отрицательно покачал головой Рок.
— Да, это уж точно не надо делать. — добавил Рэт.
— Убьёт… — прошипела Захарра.
Василиса удивленно вслушивалась в его слова. Несмотря на завуалированный намек, она сразу смекнула, что речь идет об Астрагоре, поэтому навострила уши. И что это зодчий говорит про камни настроения? Неужели дар Белой Королевы — это подарок великого Духа Осталы? Что же такое ценное должна отдать за него повелительница фей? А может, давно отдала? Впрочем, Василиса не решилась задать вопрос вслух — наверняка не ответят.
— Я уже поняла откуда здесь мамин дар взялся. — закатила глаза Василиса.
— Послушай, Василиса прости нас… — извинилась Лисса.
— Да, прости нас, что тебя бросили. — вздохнул Нортон. — Мы были ужасными родителями.
— Ладно уже! — махнула рукой Василиса. — Я простила вас!
— Да, я уверен, — между тем произнес Нортон-старший. — Мало того, по довольно удачному стечению обстоятельств он пока не знает о часовом даре Василисы.