MoreKnig.org

Футуроцид. Продолженное настоящее: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Столяров Андрей



Шрифт:

Предупреждает?

Яннер вновь быстро оглядывается вокруг и видит у себя за спиной бледный, словно вываренный червячок, подрагивающий от нетерпения отросток лианы. Он уже явно примеривается улечься ему на шею. Если бы не пес, не тявканье, то так бы оно и было. Касание лианы практически неощутимо. К тому же Яннер подозревает, что она не только безбольно протискивается к сосудам и потихоньку пьет кровь, но еще и впрыскивает в нее какие-то бромиды или барбитураты: жертва спит сладким сном, пока лиана, не торопясь, насыщается. Вполне возможно, что так и погиб инспектор.

Он бьет пистолетом по анемичным отросткам. Те переламываются и беспомощно повисают на липких ниточках. В отверстиях трубочек набухают капли беловатого сока. Лиану таким образом не убьешь. Да и вообще не стоит тратить на нее время, надо просто убираться отсюда.

Цепляясь за узловатый ствол дерева, он поднимается. Суставы за ночь прочно прилипли друг к другу, и теперь склейки внутри них болезненно разъединяются. Лопаются какие-то пленочки. Яннер морщится. У него кружится голова, а желудок от голода скручивает железными пальцами. Последняя корка хлеба, который он впопыхах прихватил, сжевана была еще вчера днем, от нее не осталось даже воспоминаний. Он в сотый раз проклинает себя, что, сидя целыми днями в библиотеке, не удосужился изучить виды съедобных растений. И отец Либби, как Яннер теперь понимает, тоже не случайно читал им свой спецкурс. Надо было его тщательно конспектировать. Ведь знал же, знал, идиот такой, что придется идти в Дикие земли. На проплешинах леса ему не раз попадались кусты, усыпанные большими черными ягодами, а также – низенькие уродливые деревья, с веток которых свисали плоды, похожие на кривоватые груши. Только почему-то тускло-синего цвета. Они съедобные? Или, стоит лишь откусить, и упадешь на землю – пойдет изо рта едкая пена? В обойме найденного пистолета было четыре патрона. Трижды Яннер пытался подстрелить одну из грузных, темно-коричневых птиц, со взрывным шумом вспархивающих из кустов. Трижды промахивался. Четвертый патрон он приберегает на крайний случай. Ночью по лесу опять прокатывался низкий звериный рык, и если он наткнется на хищника, пистолет станет его последней надеждой.

Но хуже голода – холод и дождь. Опять-таки идиот: не сообразил захватить с собой свитер и плащевую накидку. Хотя когда было соображать: уходил-то он впопыхах, запихивая в рюкзачок первое, что попадалось под руку. А ведь уже середина осени, ночи долгие, насквозь ледяные, стоит присесть, и по телу начинает ползти непреодолимая дрожь. Заснуть невозможно. За эти четверо суток, проведенных в лесу, Яннер практически и не спал: проваливался иногда в невнятную дрему, из которой его тут же выбрасывало конвульсиями озноба. И – невыносимая, въедающаяся промозглость. Дождь как зарядил в первый же день, так и не прекращается ни на минуту. Даже если он утихает, воздух все равно представляет собой мутную водяную взвесь, пропитывающую одежду. Рубашка на Яннере – хоть выжимай, в ботинках хлюпает, с манжет куртки плюхаются на землю крупные продолговатые капли. Тем не менее он пока еще движется, механически, как заводная игрушка, переставляя онемевшие ноги: поднимается на всхолмления, там лес чуть редеет, спускается во впадины между ними, где приходится по камням, осторожно перебираться через ручьи, огибает круглые, полные почвенной черноты озерца, в которых, как ему кажется, вообще нет дна. Иногда он останавливается ненадолго и, опираясь на ствол дерева или валун, переводит дыхание. Присесть опасается, чувствует, что потом может не встать.

В середине дня он пересекает раскисшую проселочную дорогу, колеи которой полны грязной воды, и сразу же слышится одышливая натуга мотора – по дороге проползает пикапчик в облезлой розово-зеленой раскраске. В кузове его сидят две тощие фемины с винтовками, а между ними, привалившись к кабине, колышется чудовищная туша со вздутым чревом. Яннер догадывается, что это – матка, специально выведенная для непрерывного продуцирования яйцеклеток, читал про такое в исследовании, посвященном жизненному циклу фемин. Он вслед за псом ныряет в кусты. Фемины, видимо задремавшие, его, к счастью, не замечают: козырьки их розовых кепи надвинуты на глаза… А чуть позже он чуть было не наступает на лист росянки – в последнее мгновение, уже коснувшись гребенки шипов, успевает отдернуть ногу: громадные упругие листья с жадным чавканьем схлопываются, образуя конус высотой в человеческий рост.

После этого Яннер, вероятно, теряет сознание. Во всяком случае, он приходит в себя оттого, что в лицо ему тычется мокрый холодный нос. Это пес, который следует за ним уже целых два дня, то приближаясь, то отдаляясь, но упорно не желая оставлять человека. Яннер несколько раз прикидывал – не подстрелить ли его: все-таки пища, но стоило ему взяться за пистолет, как пес, опережая намерение, нырял в какое-нибудь укрытие. Наверное, чувствовал эмоции Яннера: одна из тех полуразумных собак, что были, по слухам, выведены в секретных военных лабораториях еще до войны. Яннер и сам иногда его чувствовал, тоже – голод, страх, слабость, не позволяющая настичь добычу, но одновременно и непоколебимая уверенность в том, что хозяин его наконец накормит.

Сейчас, стоит Яннеру пошевелиться, как пес бесшумно отскакивает и, развернувшись, замирает в охотничьей стойке, еле-еле подрагивая кончиком вздернутого хвоста. Раздается неподалеку какое-то довольное хрюканье, и когда Яннер отрывает голову от земли, то видит сквозь кустарниковую листву что-то вроде шерстистой свиньи, увлеченно раскапывающей землю. Медленно, стараясь не производить ни единого звука, он вытаскивает из-под себя пистолет и прицеливается в жирные складки башки. Хорошо еще, что можно упереть рукоятку в дерн, так надежнее, и все равно дуло пистолета чуть-чуть подпрыгивает, а свинья – он сообразил, что это кабанчик – из-за воды, затекающей на глаза, начинает брезжить расплывчатым, неопределенным пятном. Он знает, что промахнуться ему нельзя. В конце концов просто зажмуривается от отчаяния и нажимает курок…

Ему необыкновенно везет. В каменистом склоне, под лбами плотно стиснутых валунов, обнаруживается почти сухая пещера. Удается даже разжечь костер, хотя после этого вторая и последняя зажигалка практически издыхает. Он жадно глотает горячее полусырое мясо. Рядом также жадно, поматывая головой, чавкает пес. Он уже не боится Яннера и, наевшись, ложится к нему вплотную, благодарно помаргивая коричневыми глазами. Ночь у них проходит спокойно, а утром дождь заканчивается, оставляя после себя беловатый влажный туман. Через пару часов рассеивается и он, превращаясь в легкую дымку, затягивающую горизонт. Проклятый взгорбленный лес тоже заканчивается. Распахивается перед ними равнина, покрытая, будто ржавчиной, пятнами полуистлевшей травы. Покачиваются кое-где метелки выродившихся невзрачных злаков. Яннер срывает их на ходу и жует, выплевывая жесткие ости. Пес, уже совершенно оправившийся, бежит впереди него, то и дело ныряя мордой в низкорослый кустарник. Иногда вспугивает мелких зверьков, которые паническими прыжками уносятся прочь. Тогда он останавливается и недоуменно поглядывает на Яннера: почему хозяин упускает такую привлекательную добычу?

Яннеру, однако, не до охоты. Утренний прилив сил быстро исчерпывается. Телом вновь овладевает тусклая слабость, превращающая мышцы в кисель. Его вновь прохватывает мерзкий озноб. В горле – сухость и жар, регулярно накатываются приступы кашля, поднимающиеся откуда-то из середины груди. Он знает, что серьезно простужен и что лучше бы ему было не рваться вперед, а отлежаться хотя бы день в сухой и теплой пещере. Но он все-таки шаг за шагом продвигается по равнине. У него появилась надежда. Он знает, куда идти. Прошлой ночью, на лысой вершине склона, когда дождь истощился, вероятно тоже устав, а туман на мгновение под порывом ветра развеялся, он увидел вдали крохотный огонек – желтый, помигивающий, предвещающий человеческое жилье. Располагался он между землей и небом, и исчез буквально через пару секунд.

Тем не менее, Яннер убежден, что видел его.

Он убежден, что – видел.

А потому идет и идет, преодолевая умирающий шорох травы.

Там, за равниной, овеваемой легким ветром, за горизонтом, скрытым сейчас туманом, вздымается к небу волшебная гора Арафат.

Издалека

История Москвы – это история Элла Карао. Это история человека, который превратил миф в реальность. В истории иногда такое случается. Прошлое вдруг оживает и становится более ярким, чем настоящее. С Эллом Карао это произошло в четырнадцать лет. Однако прежде чем перейти к его жизни, которая сама похожа на миф, скажем несколько слов о месте, где он появился на свет.

Остров Рабануи – самый северный из островов Океании. От остальных земель метрополии он отделен барьером рифов шириной почти в пять сакелей. Верхушки некоторых рифов видны, но большинство зазубренных каменных пиков скрыто неглубоко под водой. Ни на одной лодке, даже с самой мелкой осадкой, это препятствие не преодолеть. Рифы охватывают Рабануи широкой дугой, и чтобы попасть на остров, нужно сначала плыть далеко на север, а потом осторожно, промеривая глубины, возвращаться на юг. Поэтому корабли на Рабануи практически не заходят. Ну а в период весенних и осенних штормов, когда на три человеческих роста вздымаются к небу зеленые горы воды, он вообще становится недосягаемым с материка.

Жизнь здесь медлительна и однообразна. Женщины собирают моллюсков и съедобные водоросли, покрывающие литораль, ухаживают за рощей хлебных деревьев, плоды которых равномерно делят на всех. Мужчины выходят в море и затем вялят на солнце туши разделанных рыб. Хижины строят из твердого плавника, который собирают на берегу. Квохчут редкие куры – содержать их может только состоятельный человек. Ворочаются в пыли несколько тощих свиней. На площади, как положено, возвышается небольшой зиккурат, сложенный из плоских камней, и ровно в полдень свободного от работы дня, каковым в Океании является каждый восьмой, на него поднимается староста, он же и жрец, и возносит молитвы Великому Тангулагу о мире и благополучии. Зиккурат невысокий, всего три микеля, и потому, вероятно, молитвы неба не достигают.

По праздникам – их четыре в году – варят хмельной напиток из горьких земляных огурцов и затем поют песни, прославляющие местного бога Мурмока. Староста закрывает на это глаза.

Элл Карао ничем не отличается от своих сверстников. Разве что он несколько энергичней и сообразительней. К этому его вынуждает жизнь. Еще в восьмилетнем возрасте он потерял отца – тот не вернулся с моря, сезон штормов наступил в этот год раньше обычного. Работать Эллу приходится больше других: в семье, помимо него, два младших брата и крохотная сестра. Поэтому, видимо, осеняет его любопытная мысль. Заметив, что моллюски предпочитают лепиться в расщелинах, он делает из ветвей хлебного дерева нечто вроде метлы и устанавливает ее на северной оконечности острова. Деревенские сюда практически не заходят: каменистый склон тут круто обрывается в глубину. Но сама мысль оказывается удачной. Когда через две недели Элл вытаскивает расшеперенную метлу из воды, она черна от налепившихся на нее продолговатых выпуклых раковин. Втрое больше, чем могла бы дать литораль.

Этим важным открытием он делится только со своим другом Пако – семья того так бедна, что не имеет даже фамилии, и еще с девочкой по имени Мимилао – они дружат семьями уже много лет. Конечно, статус лао заметно выше, чем статус рао, простых потомственных рыбаков, но остров маленький, жизнь у всех одинаковая – кастовые различия стираются сами собой.

Так бы он, наверно, и жил – незаметно взрослея, переходя из одного года в другой, но вдруг среди островного безмолвия сверкнула судьба.

Однажды, в конце сезона штормов, пробираясь на Северный мыс, чтобы собрать очередной урожай, Элл обнаруживает, что вечнозеленый кривоватый замшир, с древних времен возвышавшийся над тропой, вывернут с корнем – не устоял, по-видимому, от напора ветров – и открылся невидимый ранее узкий лаз, ведущий куда-то во внутреннее пространство скалы.

Мальчишеское любопытство неистребимо. В тот же день Элл возвращается, чтобы обследовать лаз, и попадает через него в небольшую пещеру, где находится множество странных вещей. Во-первых, большой заизвесткованный ком, в котором угадываются очертания сундука – попытки его расколоть оказываются тщетными. Во-вторых, спекшиеся, из бурого порошка, скелеты длинных мечей – возможно, это легендарный металл «зализо», тайну которого знали предки. В-третьих, несколько тонких, совершенно прозрачных камней, отшлифованных так, что сквозь них можно смотреть – вероятно, это загадочное «ситикло», также упоминающееся в древних сказаниях. Но главное – в пещере он обнаруживает старинную книгу: плоский четырехугольный предмет с выступающими облицовочными краями.

Книга также совершенно заизвесткована – при попытке ее открыть, она разламывается на три твердые тетради. Самая интересная из них – центральная, на ней изображен город с громадными башнями-пирамидами. Правда, Эллу трудно поверить, что это дома: не бывает домов, взметнувшихся на двадцать и даже двадцать пять этажей. А от предыдущей тетради отслаивается карта: коричневые материки, которые разделяет голубоватый океанский простор. Краски практически выцвели, об их первоначальных цветах можно только гадать. Сначала Элл вообще не понимает, что перед ним карта. Откуда это знать неграмотному деревенскому рыбаку. Он лишь с восторгом смотрит на загадочные древние письмена, которые аккуратными строчками заполняют нижнюю часть страницы. Однако он понимает, что находку лучше сохранять в тайне и потому тщательно, камнями и дерном, заделывает лаз в скале. Книгу он все-таки захватывает с собой и не чуя ног мчится домой, чтобы поделиться секретом с Пако и Мимилао.

Впрочем, сохранить тайну не удается. Уже на следующий день в дом Карао является разгневанный староста, облаченный по такому случаю в синий хитон, и под угрозой проклятия – он тут выступает еще и как жрец – требует, чтобы ему отдали святотатственные предметы.

Староста не просто разгневан, он сильно испуган. Он еще помнит те жуткие времена, когда за хранение подобных вещей полагалась смертная казнь, и хотя сейчас законы стали значительно мягче, он вовсе не хочет, чтобы на остров явились правительственные чиновники и начали, шныряя повсюду, выяснять, как они здесь живут. Могут ведь и налоги поднять, поскольку население острова выросло, и мзду потребовать, и инспектировать их теперь каждый год. Как тогда прикажете быть? Староста решает предать инцидент забвению: книга возвращена обратно в пещеру, и последующие три дня жители Рабануи собирают и носят на гору камни, чтобы завалить ими проклятый лаз. Староста лично присыпает его землей и накладывает запрет на любое слово, которое может быть об этом произнесено. Никто не должен более приближаться к этому месту – никто никогда!

На Элла теперь посматривают враждебно. Даже для ближайших соседей – это глупец, который чуть было не навлек несчастье на весь остров. Собственные братья взирают на него с недоумением, а на лице Пако – он и сообщил старосте о находке – читается явное торжество. Пако получил от старосты разрешение на установку по всему побережью мётел-садков, в результате его семья из двенадцати человек фактически монополизировала сбор моллюсков.

Элл Карао замыкается в одиночестве. Его не то чтобы избегают, но между ним и другими жителями Рабануи стоит невидимая преграда. В одиночестве он выходит на лодке в море, в одиночестве сортирует улов и вывешивает на семейном участке пласты разделанной рыбы. В одиночестве, когда выпадает свободное время, бродит по острову. Для подростка – а Эллу, напомним, всего четырнадцать лет – это тяжелое испытание. Правда, в таких испытаниях крепнет характер, и, возможно, что непреклонная воля Элла Карао, его фанатичное стремление к цели формировались уже тогда. Лишь Мимилао скрашивает его отчужденность. Изредка и тайком от своей семьи, которая подобных встреч, разумеется, не одобряет, прибегает она к нему на Северное побережье, и тогда они вместе гуляют вдоль пены рушащихся на камни волн. Когда же Мимилао вырваться из дома не удается, то Элл подолгу стоит на взгорбленной оконечности мыса и смотрит, как перед началом сезона штормов тают где-то за горизонтом серебряные караваны птиц. Впервые ему приходит в голову мысль, что если птицы туда ежегодно летят, то значит там, за бескрайней зеленью океана, быть может, существует земля.

Год проходит за годом.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Отбор под прикрытием, или Берегись, Ваше Высочество!
Отбор под прикрытием, или Берегись, Ваше Высочество!
[Попаданцы / Классическое фэнтези / Юмористическая фантастика]
Собиралась купить капусту, а угодила на Отбор невест для Кронпринца! И это с гусем под мышкой и кочаном в руках. Чихнула я некстати, и бракованное волшебное зелье сыграло злую шутку: древний Источник
0
Надуй щеки! Том 12
Надуй щеки! Том 12
[Самиздат / Попаданцы / Драма]
Вы же всё ещё требуете дораму, что ж... Поэтому мы берем что-нибудь потоньше, но чтобы тянулось. Такое, чтобы внатяг. Запихиваем туда главного героя. Обязательно необычного! От военных будет
0
Новый мир: начало
Новый мир: начало
[Классическое фэнтези / Постапокалипсис]
— Жива земля, Дарьюшка, — шептало прошлое в её памяти. — Велика и терпелива она, сносит людей и их зло, покуда те вовсе не обезумеют. Но настанет миг — земля изнеможет. Дыхнёт она на города яростью,
0
Развод в 50. Начать с нуля
Развод в 50. Начать с нуля
[Психология / Секс и семейная психология / Проза / Современная проза]
Двадцать восемь лет брака. Холодец на годовщину, синее платье, свечи на столе. А он пришёл без цветов и даже не снял куртку: — Надя, я ухожу. Её зовут Кристина, ей двадцать шесть. И квартиру
0
Соперничество сердец
Соперничество сердец
[Современные любовные романы / Проза / Поэзия / Роман]
Двое соперничающих писателей. Один престижный издательский контракт. И пари на сердца и желания. Говорят, с фейри нельзя заключать сделки. Еще говорят, что не стоит пьянеть от их вина. Но
0
Вдова под залог. Сыщик, вы женились не на мне
Вдова под залог. Сыщик, вы женились не на мне
[Детективы / Проза / Современная проза]
Вторая книга цикла «Вдова под залог». Петербург, 1894 год. Я вернулась из будущего в собственное тело и проснулась с обручальным кольцом на пальце. Рядом сидит сыщик Корф. Говорят, в прошлом
0
Семейные обязанности
Семейные обязанности
[Историческое фэнтези]
Сесиль #2 Приличная девица из общества должна быть скромна, тиха, удобна и богата. У меня есть только одно качество из этого списка – моё наследство, и на него точат зубы все холостяки славного
0
Любовь на год
Любовь на год
[Психология / Секс и семейная психология / Современные любовные романы / Современная проза]
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Она
0
Чёрный ворон и Алая роза
Чёрный ворон и Алая роза
[Проза / Современная проза / Роман]
Марго семнадцать. У неё красные волосы, вечная война с отцом и сон, который снится с детства: мальчик в венке из одуванчиков уходит к машине и не оборачивается. В марте в класс приходит новенький —
0
Леди не разваливаются
Леди не разваливаются
[Юмористическое фэнтези]
Леди Катарина Тэрн легла спать за неделю до свадьбы, а проснулась в гробу. В сосновом, что для леди само по себе оскорбление. Рядом сидел Умбер, дворецкий, с лицом, по которому было ясно, что он
0
Леди не умирают
Леди не умирают
[Юмористическое фэнтези]
Леди Катарина Тэрн дошла до Керра. Вместо свадьбы её ждёт чудо: молитвами святого отца Клеменса с осени здесь никто не умирает. Купцу всаживают нож под рёбра, а он ругается, что испортили новую шубу.
0
Однажды в эйфории
Однажды в эйфории
[Проза / Современная проза]
Гуляй, шальная Анька, иначе в этом болоте можно окончательно стухнуть! — решаю я и прогибаюсь в спине. Позади раздается странный сдавленный звук — будто кто-то резко подавился воздухом.
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
7
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
13
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
10
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Спасти СССР
Спасти СССР
[Боевая фантастика / Боевик / Попаданцы]
Одно сознание – два времени. Спасти страну, которой еще нет? Нет. Спасти ту, что уже обречена. Попаданец из кровавого настоящего в холодное прошлое. За плечами – знание 40 лет истории: от падения
2
Век мой, зверь мой. Воспоминания
Век мой, зверь мой. Воспоминания
[Биографии и Мемуары]
В воспоминаниях, балансирующих на грани между мемуаристикой и художественной литературой, прозаик, поэтесса и переводчица Ирина Ефимовна Кунина (1900–2003) подводит итоги своей неординарной жизни.
0
Русская Америка. Голливуд. Том 2
Русская Америка. Голливуд. Том 2
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Борьба за лидерство в звуковом кино продолжается! Иван Бережной попадает в водоворот подпольных интриг Лос-Анджелеса. На кону жизнь, влияние и огромные деньги. Мэр, мафия, изобретатели, медиамагнаты,
1
Предел Адаптации
Предел Адаптации
[Научная фантастика / Боевая фантастика / Самиздат]
Мир на пороге большой войны: кибератаки, диверсии, точечные удары по военным объектам. В маленьком провинциальном городке живёт восемнадцатилетний Артём Лазарев — обычный парень из села, который
2
Навязанная жена
Навязанная жена
[Современные любовные романы]
Сегодня я должна увидеть своего будущего мужа. Он в два раза старше меня и... Я стану его вещью. Только вместо него на приеме, куда привел меня отец, чтобы продемонстрировать новому хозяину, я
3
Измена в 45. Моя новая жизнь
Измена в 45. Моя новая жизнь
[Короткие любовные романы / Самиздат]
— Дим? — осторожно привлекаю его внимание. — Что? — он резко оборачивается. Смотрит на меня таким взглядом, словно я какое-то мерзкое насекомое, заползшее в его дом. — Чего тебе от меня нужно? Что
1
Арабская романтическая проза XIX—XX веков
Арабская романтическая проза XIX—XX веков
[Старинная литература: прочее / Классическая проза]
В сборник входят прозаические произведения разных жанров, созданные в конце XIX — начале XX века представителями романтического направления различных арабских стран.
0
Пять королевств Ирландии
Пять королевств Ирландии
[Классическая проза / Классическое фэнтези]
Книги Джеймса Стефенса — классика англоязычной фэнтэзи. Их автор вместе с Толкиеном и Льюисом стоял у истоков жанра фэнтэзи в первой половине нашего столетия. „Пять королевств Ирландии” — это
0
Тридевятое. Книга вторая
Тридевятое. Книга вторая
[Самиздат / Классическое фэнтези]
Тяжела доля Ивана, не успел царём стать, как ворох бед на голову свалился: и Тридевятое от бед насущных убереги, и подруге-русалке стать человеком помоги, и с загадочными исчезновениями селянок
0
Щелкунчик и Мышиный король
Щелкунчик и Мышиный король
[Классическая проза / Старинная литература: прочее]
«Щелкунчик и Мышиный король» – одна из самых известных и любимых рождественских сказок мира. В ночь на Рождество девочка Мари получает необычный подарок – деревянного Щелкунчика. После этого
0
Крым навеки с Россией. Историко-правовое обоснование воссоединения республики Крым и города Севастополь с Российской Федерацией
Крым навеки с Россией. Историко-правовое обоснование воссоединения республики Крым и города Севастополь с Российской Федерацией
[Документалистика / История]
16 марта 2014 года в Крыму состоялся референдум, он прошёл в полном соответствии с демократическими процедурами и международно-правовыми нормами. В голосовании приняло участие более 82 процентов
0
Господин следователь 8
Господин следователь 8
[Попаданцы / Исторический детектив / Альтернативная история / Самиздат]
Что главное - личная жизнь или служба? И Аньку бы выучить. А еще новый персонаж появился. Он, хоть и рогатый, но все равно, уже не чужой.
3