– Мы живем в другом мире. Сейчас самое опасное оружие – это мышка и клавиатура, которое в умелых руках наносит больший урон, чем самое высокоточное и мощное вооружение, – парировал я.
Старик закрыл глаза, широко улыбнулся, и продолжил протяжно мычать себе под нос. Ко мне уже бежали двое преторианцев, когда к обелиску городу-героя со свистом от покрышек подъехал уже знакомый черный микроавтобус. Выпрыгнувшие на ходу солдаты в фиолетовых одеждах схватили легионера под руки и поволокли его к машине. Они уже практически затащили его в салон, когда все окружающее пространство прорезал громкий мощный голос: – Стоять.
Преторианцы повиновались и повернули головы в сторону обелиска, впрочем, как и я. Голос принадлежал Лонгину, который стоял во весь рост и суровым взором смотрел на бойцов. Он выглядел исполином – огромным и величественным, словно высеченным из камня древнегреческий герой.
– Отпустите его, – приказал старик.
Легионер выбрался из машины и уверенным шагом направился к Лонгину, по пути подняв свой пилум и скутум. Преторианцы смотрели на него, но никаких действий не предпринимали. Приблизившись к старику, легионер встал на одно колено и склонил голову.
– Твоя служба закончена, солдат. Ты свободен, – сказал ему Лонгин.
После этих слов легионер поднялся и, закинув голову, посмотрел на затянутое вечными облаками небо. А в следующий миг, расправив руки словно крылья, он стал отрываться от земли. Казалось, что какая-то сила схватила его тело и тянет в высь. Когда он был на расстоянии около 20 метров от земли, его тело стало излучать свет. С каждой секундой свет становился все ярче и ярче, и в какой-то момент на легионера стало невозможно смотреть. А после раздался громкий звонкий звук, напоминающий рикошет артиллерийского снаряда от толстой брони танка, после чего воин исчез. Преторианцы молча наблюдали за этим действом, а у меня от удивления даже отвисла челюсть. Когда все закончилось, с характерным лязгом на землю упал пилум легионера.
– Это случайно не твое оружие? – обратился ко мне Лонгин и, хитро захихикав, добавил, – если есть копье, то и судьба найдется.
Я подошел к месту, где еще недавно преклонял колено воин, взял его пилум и пошел в сторону станции метро «Университет». Преторианцы мне никак не препятствовали. В ботаническом саду имени академика Фомина я присел на лавку и стал внимательно рассматривать копье. Это был обычный ничем не примечательный древнеримский пилум.
Древко занимало примерно две трети копья, которое входило в идеально круглый металлический шар. На нем была выполнено тиснение в виде короны с острыми зубцами. Оставшаяся часть оружия приходилась на стальной наконечник.
– Что-то в последнее время мне много корон попадается, – подумал я, и решил рассказать о случившемся Ольге. Достав телефон, написал ей сообщение: – Привет. Надо поговорить. Ответ пришел не сразу, а примерно через минут двадцать: – Давай вечером. Сегодня после семи часов я полностью свободна. Разговор предстоял серьезный, поэтому рестораны центральной части города не подходили. Все эти места могли прослушиваться сотрудниками тайной службы. Нужно было выбрать отдаленное и укромное место. Внезапно боковым зрением я заметил приближающуюся ко мне фигуру. Это оказалась молодая девушка, на которой из одежды, традиционно, были только чулки на подвязках, прикрепленные шлейками к небольшому поясу на бедрах, и черные туфли на высоких шпильках с ярко-красными подошвами. Она подошла ко мне и протянула небольшую бумажную карточку черного цвета, на которой кислотно-зеленым цветом была сделана надпись ресторан «Панорама». С обратной стороны картонки была напечатана карта с указанием места расположения заведения и контактные телефоны.
– Приглашаю в ресторан «Панорама». Приятные цены, уют и благоприятная обстановка гарантированы, – сказала девушка, после чего незамедлительно удалилась.
Я уже несколько раз бывал в этом заведении, размещавшемся на последнем этаже высотки. Там действительно была хорошая атмосфера, удаленные друг от друга столики, тихая музыка, а главное – красивый панорамный вид на город с крытой веранды.
– Тогда жду тебя в 19.30 возле ресторана «Панорама» на улице Шолуденко, – написал я, и дополнительно отправил метку бесплатного картографического сервиса. Ответ также пришел со значительной задержкой и состоял из стандартного «ок».
Я приехал к ресторану заблаговременно – разведать обстановку и занять хороший столик. Чтобы попасть в заведение, нужно было пройти к лифтам через фойе делового центра. Раньше здесь было пусто, теперь же в центре зала была установлена довольно крупная позолоченная скульптура. На столе, который был сбит из прямоугольных скутумов, лежала обнаженная девица с широко раскинутыми ногами. За девушкой располагалась фигура крупного фавна – рогатого мужика с козлиными ногами, на плечи которого был накинут китель советского образца с погонами, на которых виднелись три крупные звезды. Мифическое существо занималось с любовницей анальным сексом. Это было понятно, поскольку половые органы женщины располагались выше и напоминали раскрывшийся бутон цветка. Возле стола у правого копыта фавна валялась фуражка, кольчуга, сабля, пистолет системы наган и дубинка, напоминающая фалоиммитатор.
– Овидий бы одобрил, – подумал я, и зашел в открытый лифт. Кабинка быстро довезла меня на верхний этаж, где сразу возле раскрывшихся створок меня встретила администратор – эффектная блондинка, обнаженное тело которой украшали тонкие латексные полоски в области груди, бедер и гениталий, которые только подчеркивали красивые формы дамы. Ее образ дополнял широкий нашейный ремень с острыми металлическими шипами. Администратор удивлено посмотрела на меня, но все же согласилась провести к свободному столику. Войдя в зал, мне стало понятен взгляд девушки. Во-первых, в отличие от других заведений ресторанного уровня здесь было очень мало дыма – даже меньше, чем в кафе «Последний выход господина ПЖ». Во-вторых, почти все помещение было заполнено преторианцами – глаза непрерывно выхватывали фиолетовые плащи и шлемы, напоминающие немецкие каски времен последней мировой войны. В основном гвардейцы сидели за столами и выпивали, но на барной стойке творилась настоящая оргия – пять здоровых мужиков оприходовали двух голых девиц, которые напряжено стонали и кряхтели. От этой картины мне стало не по себе. В этот момент я еще раз оценил преимущество золотых масок, которые скрывали от окружающих искренние эмоции их владельцев.
– Что клерк, решил присоединиться к нашей вечеринке, – хлопнув меня по плечу, сказал изрядно подвыпивший и улыбающийся боец, который проходил мимо. Я развернулся и хотел было ретироваться, но меня остановила чья-то сильная рука. Обернувшись, я увидел двух преторианцев в полной экипировке.
– Глеб Аркадьевич, с вами хочет поговорить наш центурион, – сказал один из бойцов.
– Простите, у меня сейчас абсолютно нет времени, – сказал я, и попытался шагнуть в сторону лифта, но рука бойца слишком сильно фиксировала мое тело.
– Это не просьба, – сказал боец, – настоятельно приглашаем.
– Ну, раз настоятельно, – сказал я, и последовал в направлении, которое указал мне гвардеец.
Преторианский центурион сидел за небольшим столом в самом конце зала, куда практически не добивал свет от ламп. На вид ему было около пятидесяти лет, белое худощавое лицо, широкие плоские губы, впалые щеки, слегка наплывающие на глаза веки, седые волосы, но при этом черные густые брови. В общем, обычный славянский мужик, если бы не взгляд. Его карие глаза смотрели с неприязнью, недоверием и даже злобой. На его темно-коричневых кожаных доспехах я разглядел небольшой овальный значок, на котором были изображены серп и молот, прорезаемый мечом.
– Присаживайтесь, Глеб Аркадьевич, – сказал он, – Маску можно убрать. Это частный душевный разговор, который не предполагает игры и фальши. Я, если позволите, хотел бы задать вам пару вопросов.
Я убрал маску и опустился на стул.
– Не буду распыляться, чтобы не тратить ваше и мое время. О чем вы говорили с Лонгином? – спросил он.
Я улыбнулся, внимательно посмотрел на него, и ответил: – Да, я кратко пообщался с ним в метро. Знаете, бывают такие разговоры – ни о чем. Он говорил об иллюзорности и надуманности этого мира. Реальность, по его словам, плод воспаленного мозга. Собственно – на этом все.
– И вам настолько понравилась его философия, что вы решили встретиться с ним во второй раз? – спросил он, слегка дернув левым глазом.
– Вы знаете, забавные фантазии обладают таким шармом и увлекательностью, что их можно слушать бесконечно, – сказал я, продолжая улыбаться.
– Глеб Аркадьевич, вы ведете себя крайне опрометчиво, воспринимая меня, как среднестатистического потребителя вашего контента. Таких, как вы, я за годы службы съел и переварил не одну чертову дюжину, – сказал офицер, искусственно растягивая губы в улыбке. Затем он несильно хлопнул ладонью по столешнице, и к нам незамедлительно подбежала голая девица, которая откинула скатерть с нашего стола и проворно скрылась под ней. Я почувствовал, что девица начинает стягивать с меня спортивные штаны, и попытался подняться, но стоящий возле стола преторианец мгновенно усадил меня обратно. Затем я почувствовал, что она засунула мой член себе в рот и стала полировать его языком, из-за чего он быстро стал увеличиваться в размерах.
– На самом деле, Глеб Аркадьевич, о чем вы говорили с Лонгином мне известно до последнего предлога. Меня интересует то, о чем не было сказано вслух. Зачем Лонгин передал тебе копье судьбы? – продолжил центурион.