— Чтобы рожать наследников, для начала нужно найти себе жену, — иронично ответил мужчина и отошёл в сторону, позволяя какой-то женщине осмотреть его раненную руку.
Эдмунд остался стоять один и просто улыбался, как последний дурак. Во время битвы он ещё больше повредил раненную ногу, но теперь он как будто не чувствовал боли. Понимание того, что Каспиан все-таки ждал его и верил в его возвращение, грело его душу лучше всяких триумфов.
Когда войско было готово двинуться в путь, лорд Беллатор подвел к Эдмунду красивого изабеллового скакуна, и вдвоём они повели нарнийцев к Кэр-Паравалю. Пленным связали руки и отправили пешим ходом, поэтому процессия двигалась медленно, и юноша еле сдерживался, чтобы не пустить лошадь галопом и не помчаться к замку. Внутри него бурлил вулкан эмоций: радости, нетерпения, томящего ожидания, но он сдерживал себя. Он ждал этой встречи целый год и сейчас просто молился всем богам, чтобы Каспиан был в порядке, так как, по словам лорда, у Кэр-Параваля тоже кипело сражение.
Эдмунд старался не думать об этом так часто, но голова ходила кругом, а руки тряслись от нетерпения, он сжимал узду так сильно, что грубая кожа впивалась ему в ладони, оставляя горящие красные полосы. Лорд Беллатор и все войско, несмотря на изнуренность после кровопролитной битвы, держались достойно. Когда лес и долина были позади и Эдмунд увидел заново возведенный Кэр-Параваль, у него пропал дар речи, ведь Каспиану удалось отстроить его в такие короткие сроки (хотя он так и не спросил, сколько лет прошло), и даже сделать его ещё более грандиозным и исполненным величия. Он как заворожённый рассматривал каменные своды, колонну, резьбу, узоры и витражные окна, и все это вызывало такой дикий контраст с разбитыми улицами Лондона.
Но никакие виды Кэр-Параваля не сравнятся с тем, что ощутил Эдмунд, когда наконец увидел е г о. И весь мир для него замер.
========== Глава 4 ==========
Хуже самой битвы может быть только её тягостное предвкушение — когда стоишь с оружием наготове и ждёшь, пока враг появится в твоём поле зрения. Каспиан в принципе не любил сражаться —он был миролюбивым человеком и браться за меч предпочитал только для дружеских поединков или тренировок. Но то, что происходило сейчас — самая настоящая война, и бежать от неё некуда. Каспиан бы и не смог.
— Вы уверены, что хотите сражаться сами, Ваше величество? — рядом с Каспианом расположился советник Амик. В блестящей броне он совсем не выглядел стариком, коим на деле являлся. — Вы — самое ценное, что есть у Нарнии.
— Самое ценное — это мир и свобода, лорд Амик, — Каспиан покачал головой. — По вашему требованию я остался защищать замок, а не отправился на передовую, но не воевать совсем я не могу. Не волнуйтесь за меня, я не погибну.
— Мы верим в вас, — советник кивнул, — однако берегите себя, Ваше величество. Да прибудет с вами великий Аслан.
Каспиан прислушался. Шум приближался: совсем скоро военные действия переместятся в предместья Кэр-Параваля, и вот тогда… Каспиан долго готовился к этому моменту, и поэтому теперь находился в полном боевом облачении: доспехи, меч и арбалет. Последний Каспиан взял исключительно на всякий случай — стрелять он не любил и не хотел, предпочитая ближний бой. Да и стрелком он был куда более бездарным, чем мечником. А вот оказалась бы тут Сьюзан… Каспиан вдруг невзначай вспомнил, как она учила его стрелять: наверное, более неловкого момента и не найти! И снова мысль о том, что эта битва будет первой, в которой он станет сражаться в одиночку, настигла его, хотя Каспиан потратил целое утро, стараясь выбросить даже малейшие воспоминания о Певенси из головы, думая исключительно о благе Нарнии. Хотя куда там — он, признаться, уже и не надеялся, что когда-нибудь сможет забыть и отпустить.
— Вы ведь получили ответ от Беллатора? — Каспиан вновь обратился к советнику. Теперь, когда ему пришлось распоряжаться всем в одиночку, главная сложность заключалась в том, чтобы контролировать всё без посторонней помощи. А если бы тут оказался Питер, они разделили бы обязанности и справились бы со всем куда расторопнее.
— Да, разумеется, — ответил Амик. — Его отряд уже должен был напасть.
— Надеюсь на это, — Каспиан отвернулся, и в этот же миг в предместье Кэр-Параваля вторглось войско. Лязг мечей и свист стрел — неизменные сопровождающие любого сражения — стали отчётливо слышны. Всё началось. Каспиан стрелой метнулся к лестнице.
— Куда вы, Ваше величество? — растерянно крикнул вслед советник.
— Защищать замок. Я не позволю предателям войти в Кэр-Параваль, — с этими словами Каспиан, попутно доставая меч из ножен, ринулся вниз. Возможно, лорды думали, что он планирует отсиживаться в замке и ждать, пока сюда ворвутся повстанцы, но Каспиан никогда бы не позволил себе подобное. Ведь Эдмунд тоже не стал бы скрываться, в то время как его страна находится под угрозой. И снова. Одно и то же.
Выбежав во двор, Каспиан сразу попал в гущу сражения: ему пришлось тут же уклониться, чтобы не угодить под удар чьего-то меча. Резкий выпад — и враг уже лежит на земле. Всё-таки Каспиан не зря так долго тренировался. Победить следующего врага оказалось сложнее, но в итоге ещё один повстанец без сил упал вниз. Каспиан оглядел своё войско и понял, что не сказал солдатам ни одного напутственного слова. Правильно ли это? А ведь Люси бы наверняка нашла бы нужные фразы, чтобы зажечь сердце каждого из присутствующих здесь нарнийцев. Каспиан в очередной раз признал, что так и не научился обходиться без Певенси. Почему Аслан отправил их обратно в свой мир без права на возвращение так рано? Этот трон по праву принадлежит им четверым, а вовсе не ему, ещё, на самом-то деле, совсем неопытному юнцу.
Каспиан мотнул головой. Это совсем не то, о чём следовало думать в разгар битвы — замечтавшись, он снова чуть не пропустил удар; благо, его спас подоспевший откуда-то сбоку воин. Каспиан благодарно кивнул и крепче сжал меч. Всё, отвлекаться больше нельзя, иначе он действительно лишится головы в этом сражении.
Но порой, когда где-то в толпе солдат кто-то особенно остервенело размахивал мечом, Каспиан невольно оборачивался в надежде увидеть Питера, но это неизменно оказывался кто-то другой. В гарнизоне нашлось много лучников, и Каспиан надеялся, что хотя бы одна из этих стрел, разящих противников направо и налево, была пущена твёрдой рукой Сьюзан. Глядя на безжизненные тела своих союзников, Каспиан вспоминал Люси и её волшебный эликсир, сосуд от которого теперь хранился в Кэр-Паравале. После ухода Певенси им не пользовались — Каспиан не был уверен, что имеет на это право, так что все регалии четырёх великих королей и королев получили негласный статус неприкосновенности. Ну а сколько раз Каспиану чудилось, что между сражающимися мелькают растрёпанные волосы Эдмунда, он бы и сам не смог сосчитать; как назло, среди нарнийцев было много брюнетов. Но к счастью, Каспиан всё-таки являлся достаточно умелым воином, чтобы не отвлекаться и продолжать бой вопреки своим чувствам и видениям.
Но сражение прошло достаточно быстро: судя по всему, первая волна защитников Кэр-Параваля вкупе с тайным легионом успешно отразили основную атаку, и теперь оставалось только справиться с остальными. Глядя на то, как повстанцев становится всё меньше, Каспиан с двойным усердием орудовал мечом, надеясь, что всё скоро закончится в их пользу. Ранения, которые он наносил, были не смертельными — Каспиан никогда не стал бы убивать, даже если речь шла о предателях. Но после встречи с его мечом враги уже не поднимались, и оставалось надеяться, что они будут жить, хоть и с серьёзными травмами. Конечно, большинству из них придётся доживать свой век в темнице Кэр-Параваля, но разве такая участь не лучше смерти, если ты предварительно предал свою страну и своего короля?
— Ваше величество. — Каспиан обернулся на голос. Он рефлекторно поднял оружие, но тут же опустил руку, когда увидел советника Амика. — Нам поступило предложение… Повстанцы готовы сдаться и выдать нам своего предводителя. Они признают, что мы выиграли сражение.
— Вы уверены, что здесь нет никакого подвоха? — впрочем, оглядевшись по сторонам, Каспиан заметил, что сражение действительно подходит к логическому завершению: практически никто не дрался. Некоторые раненые повстанцы уже были связаны: королевское войско взяло их под неусыпный контроль.
— Смею предположить, что никакого обмана нет, — Амик склонил седую голову. — Если вы отдадите приказ…
— Ваше величество! — к ним подбежал один из солдат. Увидев Каспиана, он низко поклонился. — Что прикажете делать с пленными? Их достаточно много, притом те, которых вы видите — далеко не все.
— Пленных отведите в темницы. Позже мы проведём честный суд, — решил Каспиан. — Лорд Амик, а вы велите привести вождя повстанцев — я хотел бы его увидеть.
— Разумеется, — солдат тут же умчался выполнять поручение.
— Сейчас же отдам распоряжение, — с уважением произнёс советник.
— Постойте, лорд Амик! — остановил Каспиан. — После этого я хотел бы поговорить с Беллатором. Прикажите разыскать его.
— Лорд Беллатор вместе со своим отрядом уже на подходе к Кэр-Паравалю, — советник склонился. — Я передам, что вы хотели бы его видеть, как только он будет здесь. А сейчас к вам приведут главу восстания.
Каспиан кивнул; советник тут же удалился. Ждать пришлось недолго — вскоре он вернулся. За ним, конвоируемый двумя солдатами, следовал мужчина средних лет. Каспиан знал его — король не может быть не знаком с одним из лордов — и оттого предательство ощущалось вдвойне сильнее.