— Но наверняка чует! — прорычал Рыжий.
У нее не было оружия. По-прежнему — даже маленького ножа, как у Рыжего. И поэтому он заслонил ее собой, чувствуя себя, к удивлению, куда лучше. Будто из-за этого шага вбок он стал кем-то большим, чем был на самом деле.
Он видел, как Вирен и Амонея пытаются отбиться от первого существа, вылетевшего на них, как две капли воды похожего на то, что мелькнуло перед его лицом. Амонея отомкнула штык, перебросила его Вирену, и тот несколько неловко перехватил тускло блеснувшую полоску стали, но в следующее мгновение пришел в себя, гибко кинулся наперерез, пытаясь отбить Амонею, которая защищалась от существа, отгораживаясь от его клыков ружьем. Рыжий глазам своим не верил: Вирен метался и уворачивался от махов когтей так, словно у него вовсе не было косточек — одни сухожилия.
Позади Вирена вздыбился песок, и Рыжий тревожно закричал. Но в то же мгновение был вынужден обернуться, круто дернуться вбок, откуда на них с Ринкой снова напали. Он сек песок перед собой короткими росчерками заклинаний, тугими хлестами воздуха, заставляя существо прыгать. Оно и впрямь чуяло — может быть, больше магию, чем запахи. Рыжему даже показалось, что это он приманил их тем, что тронул изнаночные нити. Вполне может быть.
Загнанно оглядываясь по сторонам, Ринка по очереди указывала на чуть заметные движения песка. Натужно дышавший Рыжий считал. Считать он, правда, умел твердо до десяти. Пальцы ломило, он держал на расстоянии около трех существ, непрестанно пытавшихся прорваться. Магия изматывала. Пот стекал по лбу, Рыжий молился, чтоб не попал в глаза — ему нужно было постоянно видеть. На изнанке эти существа казались черными кляксами, отравой, изъевшей Тартар. Рыжий выдохнул от облегчения, когда осознал, что их меньше десятка. Ну, или он сбился.
— Зажмем их в одном месте и ударим! Давай! — запальчиво крикнула в ухо Ринка.
Она махала руками Вирену и Амонее, и те решились на отчаянный рывок: развернуться спиной к существам (подле них было уже трое) и бежать что есть сил под защиту магии Рыжего. У их пяток лязгнули клыки. Вирен едва не споткнулся, но Амонея вовремя толкнула его в спину, вынуждая пролететь несколько шагов вперед.
— За спину! — надрывно заорал Рыжий, чувствуя, что не может сдерживать стаю из десятка злобных тварей.
Он колол точными заклинаниями, рыхля песок, пронзая. Перебил одному существу лапу, но не позволил себе обрадоваться, чтоб не потерять бдительность. Боялся, что они смогут копнуть глубже. Но от голода и ярости эти существа рвались грудью прямо на заклинания и сами не заметили, как оказались в ловушке, стиснутые с трех сторон.
Рыжий не знал, хватит ли ему сил. Замысел был грандиозен и нагл. Он подумал вдруг, что может снова завязнуть в неподатливой изнанке. Тут были не шелковые ниточки, столь ловко сплетаемые в заклинания, как в родном Аду. Здесь вилась грубая пенька. Единственным их спасением мог стать мрак; жирная линия стала четче — они были ближе к востоку.
— Я в тебя верю, помнишь? — проорал Вирен; его рука дрожала над плечом Рыжего, но, видно, он боялся сбить движение. — Рыж, пожалуйста, будь благоразумен! Нахаррад!
— Будь оно все проклято, — простонал Рыжий. Скулы сводило — он едва договорил.
И на мгновение прекратил бить магией, тесня. На секунду, которую сбившимся в кучу тварям хватило, чтобы нырнуть глубже, стремясь к ним… Рыжий рванул все нити, которые были рядом, почувствовал, как они ожили в руках, изгибаясь, складываясь в знакомые фигуры. Узел, петля. Сложное движение — узор двигался, шел дальше…
Крупно содрогнувшись, ощущая, как его одолевает бессилие, Рыжий упал на колени, коснулся ладонями раскаленной земли, чувствуя, как все, даже крохотные песчинки клинками режут его. И развернул веером заклинание, уводя его вниз, туда, где двигалась смертоносная сила. Он не услышал ничего. Земля глушила все звуки. Но Рыжий почувствовал отдачу, тяжело ударившую и его в грудь. Его швырнуло назад, и на мгновение мир почернел и перевернулся, утратил звуки и запахи.
Почти сразу же Рыжий пришел в себя. Он оглянулся, увидел над собой обеспокоенных Ринку и Вирена. Потом ощутил, как ему в глотку вливают что-то — слава Деннице, это была вода, а не кровь. Последняя вода…
— Ну ты, брат, даешь, — пробормотал Вирен, крепко стискивая его плечи и помогая привстать. — Отлично сработано! Знаешь, любой гвардейский офицер отгрыз бы себе руку, чтобы заполучить тебя в свою роту…
— Больше… нет? Это все?.. — задушенно, спутанно спрашивал Рыжий. Во рту по-прежнему было сухо. — Мы победили?
— Больше мы их не видели, — отчиталась Амонея. — Но надо двигаться. Они под землей.
Ее бы воля — она бы взлетела: так Амонея презрительно и диковато смотрела под ноги. Рыжий поглядел в небо и чуть не ослеп от его яркого света. Он хорошо понимал этих неведомых тварей, что предпочли скрываться под землей от ужасающего жара. В голове мутилось. Ему хотелось сбросить прилипшую к спине рубашку — может быть, так стало бы легче.
— Поднимайся, — шептала Ринка, льня к его боку, чтобы он мог опереться. — Нужно уходить. Ты видел, куда нам? Где то, на востоке?
— А… — рассеянно пробормотал Рыжий. — Да… Нам туда. Туда, чуть правее. Нам на час в сторону.
К счастью, Вирен и Амонея отделались неглубокими царапинами, но они выглядели плохо, грязно. На когтях существ было слишком много песка, не получилось бы отмахнуться и положиться на демонскую регенерацию. На их лечение они и потратили последние глотки воды, чтобы обтереть раны, и едва теплящиеся амулеты.
Они быстро собирали брошенные на привале вещи. Хватали цепко, запихивали в сумки и взваливали на плечи. Рыжий застал Амонею за тем, как она считает патроны, и с тревогой вспомнил, что их оружие не вечно, в отличие от магии. Да и та истощалась: Рыжий не в состоянии был бы и прикурить от заклинания.
— Я так и думал, — твердил Вирен. — Стоит отойти от территории гарпий, что-нибудь на нас вылезет. При них они боятся показываться. Может, их еще не сожрали, лишь потому что они прячутся. Здесь все стараются выжить. Одни в небе, другие под землей…
— Вирен, слушай, я думал… Кто убил дракона? — прошептал Рыжий. — Того дракона, которого мы видели? Он ведь не мог умереть от старости?
— Он мог умереть от голода. Что ему тут было есть? Я уверен, дракон, с которым мы сталкивались, жив благодаря одной магии Всадника. А это было животное! Самое обычное.
— Сколько еще здесь таких… животных? — сквозь зубы выдавил Рыжий. — Они нападут на нас снизу или сверху. Нас всего четверо. Крупица! Посмотри, как огромен этот мир. А мы в нем так одиноки и мелки.
— Знаешь, сколько душ у меня за спиной?
— У демонов нет душ…
— Это все бредни! — сорвался Вирен. — Ангельская пропаганда, в которой они убедили не только своих солдат, но и нас самих! Разве ты веришь в это? Смогли бы мы любить так искренне, дружить так верно, стоять насмерть за то, что нам дорого? Смогли бы бороться за свою свободу? Если у нас и не было душ, мы создали их. Своими руками. А теперь посмотри на меня и скажи, что у меня одна душа.