— Вот именно, — нахмурилась его жена. — Опозорили моего Бенушку — женитесь!
— Изабо! — обалдел Рэйли Брюс, не ожидавший от супруги такой подлянки.
— Мама! — Бернард от стыда был готов сквозь землю провалиться.
— Ладно-ладно, — пошла на уступки сиятельная лэра. — Признаю, погорячилась. Жениться не получится… — она сделала вид, что задумалась. — Тогда пусть замуж выходят. Тем более, что тут кузнец.
— Златокузнец, — зачем-то уточнил Джон. — Лучший ювелир поселения. Потомственный. А молотом у наковальни помахать это так… увлечение… Баловство… А вообще взял за руку — женись, — окончательно смутившись, он закашлялся и умолк.
— Совершенно верно, — осмыслив услышанное, сказала лэра Изабелла. — Кузнец, особенно такой… многогранный нам нужен!
— А нам… — хором начали поганки.
— Девочки, хватит, — прекратила затянувшийся фарс Софи. — Сейчас состоится ваша свадьба.
— Но мы…
— Хотите, чтобы я властью главы рода отменила церемонию? Раз и навсегда?
— Нет, — надулась Фиона.
— Не надо, — опустила глаза Эдме.
— А ты, сыночек, что скажешь? — поинтересовался лэрд Брюс.
— Я рад, — сглотнул ком в горле Бен. — Да, я рад, что все случилось именно так, — продолжил он гораздо увереннее. — И пусть у меня не было времени поухаживать за невестами, зато я готов исправляться всю жизнь.
— Начинайте церемонию, матушка, — шепнул на ухо просветленной лэрд Грир.
— Раз все стороны согласны, помолимся, — сестра Мари приступила к выполнению служебных обязанностей.
Спустя час все было окончено. Сразу два свадебных обряда навсегда соединили Бернарда, Эдме и Фиону. Сестре Мари и кузнецу Джону Софи собственноручно вручила ритуальные подарки. Молодым подарки только пообещали и торжественно отконвоировали в приготовленные для них апартаменты. После этого, выпив по бокалу игристого вина, родственники счастливых новобрачных и вездесущий дедушка Грир отправились на боковую.
Поганки вошли в супружескую опочивальню с видом приговоренных к казни королев: выпрямленные спины, расправленные плечи, гордо вздернутые подбородки, поджатые губы… Скорбь и оскорбленное достоинство были написаны на их лицах. Просто девственницы, отданные на поругание варварам, да и только.
— Девочки, ну что вы?.. — растерялся Бен, не зная куда бежать и что делать.
— Ничего, — грустно улыбнулась Эдме.
— Все хорошо, — печально ответила Фиона.
— Да? — не поверил Бернард.
— Мы просто в восторге, — тяжело вздохнула Эдме.
— Счастливы до безумия, — уныло подтвердила Фиона, подавив зевок.
— Да, — согласилась с ней сестра, не меняя постного выражения лица. — А если примем душ, то и вовсе в экстаз впадем.
— Твоя правда, — моргнула Фиона. На кончиках ее ресниц блеснули слезы. И неважно, что виной тому подавленный зевок. Дело в принципе. — Ты же не возражаешь… дорогой? — с надрывом спросила она.
— Конечно, — дернулся на помощь Бен.
— Нет, сначала мы, — мило покраснела Эдме. — Ты после…
— Да-да, я пока распоряжусь насчет завтрака.
— Спасибо, — пролепетали девы и шустро скрылись в ванной.