— В добрый путь.
— Не тупи. Говорю же, что все спят. А Марта не спит.
— Какая Марта?
— Давешняя сисястая красотуля, идиот! — щелкнул брата по лбу Терри. — Не спит она, понял?
— Ты с ней еще поиграть хочешь? — приподнялся на локте Винс.
— Хочу, но не в карты.
— Думаешь, согласится? — вспомнив сон,заинтересовался Винсент.
— С чего бы ей отказываться? Вспомни, вчера она не ломалась.
— Так чего же мы тут сидим, когда там все спят? — подхватился парень. — Бежать надо.
— Наконец-то! — заржал Терри. С добрым утром.
— Ага, но сначала на кухню. Пожрем.
— Проглот.
— Заодно узнаем, где Марта.
— Я к ней маячок вчера прицепил. Так найдем, ни к чему вопросы всякие.
— Понял, не дурак, — всецело одобрил Винс, торопливо одеваясь.
Терри как в воду глядел. Марта и впрямь ломаться не стала. Обрадовалась, увидев их с братом, заулыбалась.
— Привет, — шепчет. — Как дела, мальчики.
— Соскучились, — тоже шепотом ответил Винс. — Даже снилась ты.
— Ой, да ладно, — потупилась девица. — Шутите небось. Такие как вы завсегда с нашей сестрой шутят…
— Ей-ей, Пресветлая, — Винс придвинулся к ней вплотную и задышал жадно. — И до того сон сладкий был…
— Как твои губки, — Терри прижался сзади.
— Уж будто? — выгнулась прелестница, позволяя распустить шнуровку на груди.
— Не сомневайся, милая, — Винс запустил жадные руки за корсаж, освобождая тяжелые налитые груди.
— Дверку бы прикрыть, — простонала Марта. — А то зайдут.
Терри согласно охнул притираясь поближе, но отойти и не подумал. Вместо этого лизнул за ушком да платье с плеч спустил.
— Зайдут, — закатывала глаза девица. — Народу в доме полно. Застигнут. На сеновал бы нам.
— Задницы отморозим, — весомо выговорил Винс, отвлекаясь от поцелуев. Хотя грудь и манила. Мягкая, пышная, горячая.
— Давай мы тут, — поддержал брата Терри. — Тихонечко. Шепоточком. Авось пронесет, — сражаясь с завязками на юбке, размечтался он. — Тем более, что проигралась ты вчера.
— А карточный долг — долг чести, — согласно выдохнул Винс.
— Я — девушка честная, — хихикнула Марта, переступая через юбку. — Долги завсегда плачу, — оставшись лишь в чулочках и панталончиках, заверила она.