The Wes Anderson Collection. Беседы с Уэсом Андерсоном о его фильмах. От «Бутылочной ракеты» до «Королевства полной луны»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Учитывая твой интерес к американскому кино 1960-х и 1970-х годов, которое во многом стало последователем европейского кинематографа 1950–1960-х, кажется большой удачей, что вы познакомились с Китом Карсоном. Ведь он – неотъемлемая часть этого мира. Он тот, о ком можно сказать, что он обладал авторитетом в мире инди-кино, когда такого термина еще не существовало.

Кит инстинктивно находил кого-то, о ком никто никогда не слышал, приводил его в определенный круг, знакомил с полезными людьми. И он был связан с фестивалем «Сандэнс» с самого его появления. Возможно, он знал Роберта Редфорда еще до фестиваля. Наша короткометражка попала на «Сандэнс». И мы с Оуэном ходили в лабораторию писателей там.

Вместе или по отдельности?

Вместе. Мы посещали лабораторию писателей, но в то время шла еще лаборатория режиссеров. Мне кажется, что мы туда не прошли, но Кит убедил их взять нас. Все там снимали сцены, а мы просто общались с наставниками.

Получается, вы были вольными слушателями?

В каком-то смысле. Мы привлекли внимание этих ребят, чтобы они обсудили с нами наш проект, хотя никто не сказал: «Хорошо, теперь вы готовы снимать». Все остальные снимали, а мы просто обсуждали наш сценарий. В общем, мы не прошли отбор.

Как-то, рассказывая мне о вашем участии в «Сандэнсе», ты сказал, что вы посещали лабораторию режиссеров. Вы посещали ее позже или…

О, тогда, вероятно, я не рассказал тебе историю целиком. Я, наверное, решил не акцентировать твое внимание на том, что мы были слушателями второго сорта. Я и сам поначалу этого не понял. Когда мы приехали туда, я подумал: «Э… разве мы не делаем то же самое?» Никто не объяснил нам, что происходит. Мы приехали, и нам сказали что-то вроде: «О’кей, теперь вы двое идите сюда и расскажите о своем сценарии, а все остальные займутся другими вещами».

Кто был вашим наставником?

Там была куча разных режиссеров. Джереми Каган – знаешь его?

Да.

Он носил гарвардское кольцо. Среди них был еще Майкл Кейтон-Джонс. Он сказал нам: «У вас очень уверенный, но развязный стиль. Это мелко». Но я не возмутился, потому что он сказал это так, будто понимал, что нам есть куда стремиться. Как будто мы могли стать лучше. Он очень хорошо относился к нам. Еще там был Фрэнк Оз. Он очень поддерживал нас.

Было ли ощущение, что вы пойдете по традиционному для инди-фильмов пути? Потому что вы сняли короткометражку, у которой есть потенциал превратиться в полнометражный фильм на основе примера, как он может выглядеть. Вы самостоятельно сняли короткометражную версию, а затем приступили к поиску дистрибьютора. Таким представлялся ваш путь?

Нет, у нас все было проще: «Давай просто найдем деньги и продолжим снимать». «Бутылочная ракета» не задумывалась как короткометражное кино. Мы никогда не думали о том, чтобы бросить то, что уже сделали, и начать все сначала с большим бюджетом. Мы уже сняли кое-что и хотели продолжать.

То есть вы надеялись использовать то, что уже сняли, и продолжать снимать частями, пока фильм не будет закончен?

Да. Мы снимали частями.

Вы сняли первую часть, затем, возможно, сняли бы вторую, третью, четвертую, пятую, а затем соединили бы все вместе, как конструктор «Лего»?

Совершенно верно. Мы заявили первую часть как короткометражный фильм только ради «Сандэнса». А может, и нет. Возможно, мы принесли ее в таком виде в лабораторию. Я пытаюсь вспомнить.

Знаешь, на самом деле это ни к чему не привело. Я о фестивале. Мы просто одновременно ступили на другую, отдельную дорогу. На «Сандэнсе» мы познакомились с несколькими людьми, которые сказали, что хотят встретиться и обсудить нашу работу. Появился какой-то минимальный интерес от человека, который хотел нам помочь. Но все это не благодаря «Сандэнсу».

Примерно в то же время Кит обратился к другим продюсерам – Барбаре Бойл и Майклу Тейлору. Так все и вышло: Барбара Бойл знала Полли Плэтт, Полли Плэтт знала Джима Брукса. Когда этот путь был пройден, будущее фильма оказалось решенным. Мы нашли человека, который мог сказать: «Ребята, все будет». Он все посмотрел и прочитал. Его звали Джим.

Я хочу немного отвлечься от темы и спросить тебя о Джеймсе Л. Бруксе, потому что он, конечно, очень влиятельный человек. И все же, когда я смотрю фильмы, которые он снял и спродюсировал, в каждом случае могу сказать: «Конечно, очевидно, почему он решил работать с этим режиссером». Однако это не ваш случай. За исключением мягкости и сухого юмора, ваш фильм не относится к типичными проектам Брукса. Ни ритмом, ни музыкальным сопровождением, ни операторской работой.

Хм…

Джеймс Л. Брукс когда-нибудь говорил тебе: «Уэс, вот что мне нравится в твоей работе. Вот что я вижу в ней»?

Я думаю, Джиму нравился сценарий. Из-за него он хотел, чтобы мы сняли фильм. Ему понравился сценарий и актерский состав, «мальчики». И, наверное, он рассчитывал, что из этого что-то получится. Не знаю, каким он представлял себе фильм. Не знаю, думал ли он об этом вообще. Полагаю, для него это было примерно так: «Мы поработаем над сценарием. У этих ребят есть собственное видение, у них получится настоящий фильм, который привлечет миллионы людей, которые пойдут в кино и купят билеты». Не думаю, что так все и вышло. По какой-то причине все получилось не так. [Смеется.]

Вы не попали на «Сандэнс» с полнометражной «Бутылочной ракетой», снятой при поддержке киностудии Columbia под покровительством Джеймса Л. Брукса, так?

Да, мы не попали в шорт-лист. Как будто наступил конец света. Нам казалось, что это трагедия. Но я должен сказать, что мы очень ценим помощь Джима. Правда, мы очень его любим.

Идеальный переход к разговору о том, что же представляет собой «Бутылочная ракета». Я помню, что Кит Карсон и Полли Плэтт независимо друг от друга говорили мне, что эта вещь очень в стиле Сэлинджера. Они оба сравнили ваш фильм с «Над пропастью во ржи». Не помню, чтобы ты когда-нибудь говорил о фильме нечто подобное. Но я помню, что, когда короткометражка, или первая часть, или как бы мы ее ни назвали, была показана во время Американского кинофестиваля, она просто поразила меня. Оглядываясь назад, я поражаюсь – неужели у вас не было ни единой мысли о том, что вы делаете? Никакой концепции? Пересматривая черно-белую короткометражную версию, я не думаю, что это стиль Уэса Андерсона, хотя что-то в ней уже определенно есть.

Тебе интересно, знали ли мы заранее, что из этого выйдет?

Да. Почему фильм выглядит именно так? Почему игра именно в такой тональности? Это сложные вопросы для художника.