Вторая сестра: читать начало книги онлайн

Мужчина оттолкнул женщину и попытался выйти из поезда, но в вагоне оказался крепкий, мускулистый парень в рубашке с коротким рукавом. Он остановил пассажира.

– Господин, сделали вы это или нет, вам лучше пойти в полицию и решить этот вопрос, – произнес он с угрозой в голосе.

Сиу-Ман съежилась, ощущая на себе взгляды пассажиров. Одни смотрели на нее с жалостью, другие с любопытством или похотливо. А от того, как на нее пялились некоторые мужчины, ей становилось не по себе. Казалось, они спрашивают: «Так это тебя лапали? Ну и как? Стыдно? Или понравилось?» Она вышла на платформу. Ноги дрожали. Совсем по-детски села на корточки и стала плакать.

– Эй, не плачь! Я тебе помогу! – подошла к ней женщина.

В итоге она и еще одна женщина, похожая на чиновницу, отвели Сиу-Ман в полицейский участок, чтобы та написала заявление, а мускулистый парень потащил в участок извращенца.

Из показаний женщины следовало, что она, разговаривая по телефону, заметила, что девочка у двери чем-то напугана – это было видно по взглядам, которые она бросала из-за спины. А потом, когда на станции «Шек Кип Мей» в вагоне стало чуть посвободнее, она заметила, что у Сиу-Ман задран подол форменного платья и чья-то рука ощупывает ее ягодицы. Как только женщина начала кричать, некоторые пассажиры сразу же начали снимать видео, в наши дни камеры у всех есть.

Задержанного мужчину звали Шиу Так-Пинг. Ему было сорок три года, он был владельцем магазина канцелярских товаров. Обвинения он отвергал и утверждал, что прижался к Сиу-Ман случайно, а девчонка раздула скандал из-за того, что раньше они слегка повздорили.

У задержанного версия событий была такая: Сиу-Ман что-то покупала в киоске около станции «Яу Ма Тей» и так долго расплачивалась, что за ней выстроилась очередь. Так-Пинг стал ее поторапливать. Она, дескать, озлилась на него, а когда сумасшедшая дамочка – мало ли что ей померещилось, – подняла крик, решила отомстить, обвинив в развратных действиях.

Один из офицеров полиции допросил кассиршу киоска, и та подтвердила, что неприятный инцидент действительно имел место. Она сказала, что господин так сильно возмутился, что даже после ухода Сиу-Ман продолжал ворчать: «Ну и молодежь пошла. Из-за них пропадет Гонконг, жди беды!»

Вряд ли слова кассирши могли послужить доказательством того, что Сиу-Ман надумала ему отомстить, а вот поведение Шиу Так-Пинга определенно указывало на его вину. Он выкрикивал оскорбления, пытался скрыться с места преступления, а ведь ему не нужно было выходить на станции «Коулун Тонг» – его дом и принадлежащий ему магазин находились в районе станции «Вонг Тай Син». К тому же была свидетельница.

– Мисс, пожалуйста, прочтите это и проверьте, все ли записано верно с ваших слов, – сказала женщина-инспектор и положила заявление перед Сиу-Ман. – Если все в порядке, подпишите вот здесь.

Сиу-Ман взяла шариковую ручку и неловко написала свое имя на бланке.

Нга-Йи впервые в жизни видела заявление в полицию. Внизу было напечатано: «Я понимаю, что предоставление полиции заведомо ложных показаний является преступлением и что за это грозит преследование по закону». Это выглядело серьезно, а Сиу-Ман еще совсем ребенок…

По мере того как дело продвигалось, появилось несколько небольших заметок в газетах и новостных лентах; Сиу-Ман фигурировала в них как «Мисс А». Кто-то из репортеров попытался раздуть скандал, сообщив, что в канцелярском магазине господина Шиу Так-Пинга продавались пикантные журналы, и некоторые были посвящены японским школьницам. Этот репортер открыто называл Так-Пинга любителем порнографии. Якобы время от времени Так-Пинг и его приятели, фотографы-любители, приглашали моделей для съемки. В статье содержался намек на то, что Шиу Так-Пинг питает особый интерес к несовершеннолетним девочкам. Но статья не получила резонанса. В конце концов, нечто подобное происходит повсеместно, к тому же все газеты и журналы сосредоточили все свое внимание на движении Occupy[9] и других политических новостях.

Девятого февраля состоялись первые слушания по делу, и Шиу Так-Пинг был официально обвинен в непристойном поведении. Он не признал себя виновным, а его адвокат попросил о переносе слушаний – на основании того, что «широкий резонанс» в СМИ не позволяет его клиенту ожидать справедливого разбирательства. В запросе адвокату было отказано.

Судья назначил следующее заседание на конец месяца, и Нга-Йи получила повестку, согласно которой Сиу-Ман должна была выступить в суде, но ей разрешалось свидетельствовать заочно, с помощью видеозаписи или находясь за ширмой. Нга-Йи переживала за сестру, которой предстояло отвечать на вопросы адвоката Шиу, а уж тот наверняка будет безжалостно расспрашивать девочку обо всех подробностях преступления.

Но выяснилось, что волновалась Нга-Йи напрасно.

Судебный процесс начался двадцать шестого февраля, и Шиу Так-Пинг неожиданно признал себя виновным. Это означало, что никаких показаний давать не нужно. Судье оставалось ознакомиться с результатами психиатрической экспертизы и еще рядом материалов, чтобы вынести приговор.

Шестнадцатого марта Шиу Так-Пинг был отправлен в тюрьму на три месяца, но, учитывая чистосердечное признание вины и сожаления о содеянном, срок ему сократили до двух месяцев.

Нга-Йи думала, что на этом все и закончится, Сиу-Ман сможет забыть об ужасном происшествии и постепенно вернется к обычной жизни. Но нет. Через месяц после объявления приговора Шиу Так-Пингу начался кошмар, который привел ее сестру к краю пропасти.

В пятницу десятого апреля, за неделю до пятнадцатого дня рождения Сиу-Ман, в местном чате под названием «Попкорн» появилась публикация:

Опубликовано: kidkit727 10-04-2015, 22:18

Не прошло и дня после публикации этой клеветы, как она стала самой популярной на сайте и вскоре, словно вирус, распространилась по «Фейсбуку» и другим социальным сетям. Казалось бы, частное дело, к тому же совершенно очевидное, но представители «Движения зонтиков»[12] ухватились за него в своих целях. Они писали о том, что многие люди недовольны произволом полиции. Полицию обвиняли в союзе с триадами[13]. Когда подразделения полиции пытались навести порядок на улицах, протестующие объявляли, что это «акт тоталитаризма и подавление прав человека». На этой волне многие пользователи чата приняли сторону автора анонимной публикации. Она как нельзя лучше соответствовала их настроениям: правосудие продажно, полиция не выполнила свой долг, и Шиу Так-Пинг наверняка невиновен. «Мисс А» стали угрожать тем, что ее настоящее имя будет раскрыто. Так и вышло. Несколько дней спустя кто-то разместил фотографию Сиу-Ман, назвал ее имя, школу, в которой она училась, и домашний адрес. Размещать подобные сведения о несовершеннолетних жертвах преступлений незаконно, поэтому модераторы быстро удалили публикацию, но многие успели сделать скриншот фотографии и информации, а потом принялись постить, убирая некоторые слова, чтобы идти в обход закона: «Эта шлюха Ау …Ман из школы Е… в Яу Ма Тей». Или: «Четырнадцатилетняя подстилка из поместья Лок… … Сиу-Ман». О Сиу-Ман писали ужасные вещи, а кое-кто обработал ее фотографию в фотошопе так, чтобы она выглядела уродливо.

Нга-Йи любила читать книги, но в Интернете была почти безграмотна. У нее не было друзей, поэтому она не интересовалась социальными сетями и чатами. Работая в библиотеке, она была вынуждена освоить e-mail, но дальше этого дело не пошло. Вот почему она узнала об оскорбительной публикации только через три дня после ее появления – в понедельник одна из коллег Нга-Йи рассказала об этом на работе. Теперь она поняла, почему все выходные Сиу-Ман просидела дома и была такой расстроенной. Дома у них был самый простенький компьютер, они купили его, когда проводили Интернет. Нга-Йи уже начала работать, с деньгами стало чуть полегче, и Йи-Чин не устояла перед уговорами установщика Интернета, который говорил: «Компьютер очень поможет вашей дочке в учебе». В микрорайоне было много жильцов, поэтому провайдеры выделенного Интернета предлагали невысокую меся чную плату. Купить-то купили, но на самом деле стационарным монстром никто почти не пользовался. Когда Сиу-Ман начала учиться в средней школе, она купила себе дешевый смартфон и пользовалась домашним Wi-Fi.

Прочитав клевету на планшете коллеги, Нга-Йи была вне себя от гнева. Чудовищные оскорбления в адрес сестры, мерзкие утверждения: «принимают наркотики», «спит с кем попало»… Но когда она немного успокоилась, до нее дошло, как на самом деле все серьезно. Нга-Йи была близка к панике и не понимала, что делать. Позвонить сестре? Но Сиу-Ман была в школе, на уроках.

В конце концов она позвонила в школу и попросила позвать к телефону классную руководительницу Сиу-Ман, мисс Юэн.

Оказалось, что мисс Юэн уже знала о посте от других учителей, и в школе создали комиссию, чтобы разобраться с этой проблемой.

– Не волнуйтесь, мисс Ау. Сегодня на уроках Сиу-Ман выглядела нормально. Я присматриваю за ней, и мы договоримся, чтобы с ней побеседовал школьный психолог.

После работы Нга-Йи шла домой, готовясь утешать сестру. Как начать разговор, она не знала, но Сиу-Ман удивила ее своей реакцией.

– Я не хочу говорить об этом, сестренка, – равнодушно сказала она.

[9] Имеется в виду движение Occupy Central with Love and Peace – общественное движение в Гонконге, которое ставит своей целью реформирование избирательной системы Гонконга – Специального административного района Китая.

[12] Общественное движение против намерений Пекина контролировать выборный процесс в местные органы власти, за предоставление подлинного всеобщего избирательного права, а также отставку действующего главы исполнительной власти Гонконга Лян Чжэньина. «Революция зонтиков» началась 28 сентября 2014 года и продолжалась 79 дней.

[13] Триады Гонконга – преступные синдикаты, распространившие свое влияние по всему миру.