— И первым делом пришел в бар Тедди. Ты сел за барною стойку возле меня. У нас тогда завязался неплохой разговор… уже и не помню о чем … А когда мы нажрались — подошли какие-то мужики, не сильно трезвее нас, и начался настоящий боевик.
— О да, после той драки бар Тедди закрылся на ремонт и открылся только через месяц. Тогда мы хорошо побуянили. Это непременно нужно повторить.
Мы оба залились смехом.
— Я рад что судьба свела меня с тобой, Кайто. — сказал Керман, когда мы пересекали мост Окленд-бей.
— Говоришь, будто мы едем в один конец. — ответил я, свернув в Монтгомери-стрит и выехав на Калифорния-стрит. Помещение Фридлендера было где-то на середине улицы, справа. Это один из стандартных многоэтажных домов.
— Хорошее место, — заметил Керман.
Мы поднялись по лестнице и начали изучать два длинных ряда почтовых ящиков. Квартира номер 25, в которой жил Фридлендер — на пятом этаже. Дом был без лифта, поэтому нам пришлось преодолевать лестницы пешком. Наконец мы вышли на длинный тусклый коридор и направились в квартиру номер 25.
На двери не было звонка и только я поднял руку, чтобы постучать, как в комнате раздался приглушенный резкий звук. Я вытащил свой револьвер и взялся за дверную ручку еще до того, как он стих. Нажав на ручку — толкнул дверь. И, к моему удивлению, она открылась. Я заглянул в просторную комнату, которая, по всей видимости, была гостиной.
— Думаешь, это был выстрел? — пробормотал Керман.
Я кивнул и поспешно вошел в комнату. Знаками велел ему оставаться на месте, а сам пересек гостиную, остановился у двери и снова прислушался, но где-то громко орало радио и услышать другие звуки было просто невозможно. Махнув Керману рукой, чтобы он спрятался, я нажал на ручку и легонько толкнул дверь в комнату, а сам мгновенно вошел и прижался к стене. Мы немного выждали, но ничего не произошло. Сквозь открытую дверь унюхал сильный запах пороха и подался вперед, заглядывая в соседнее помещение.
На полу лежал человек. Ноги поджаты, руки сложены на груди. Кровь просачивалась сквозь пальцы, омывала ладони и стекала на пол. Это был мужчина лет шестидесяти, вероятно, сам Фридлендер. Я не двигался, зная, что убийца где-то рядом. Он просто не мог никуда уйти. Керман проскользнул в гостиную и прижался к двери.
— Выходи! — внезапно рявкнул я. — Руки вверх!
Раздался выстрел и над моей головой просвистела пуля.
Керман просунул руку в дверь и дважды спустил курок в пустоту. От его выстрелов зазвенели стекла.
— Ты не сможешь убежать! — рявкнул еще раз. — Ты окружен!
Но на этот раз убийца не был настроен шутить. Наступила полная тишина. Ни одного движения. Мы выжидали, но ничего не происходило. Мысленно я уже видел, как сюда наезжают копы, но не очень стремился познакомиться ними: слишком уж они умелые.
Кивком показал Рою, чтобы он так же оставался на месте, а сам проскользнул к окну. Он пальнул в комнату и, воспользовавшись звуком выстрела, мне удалось бесшумно открыть створки. Я выглянул: в нескольких футах от меня было окно соседней комнаты, а это означало, что я смогу добраться туда по карнизу. Высунув ногу на улицу, оглянулся: Керман следил за каждым моим движением. Он кивнул и я потянулся к другому окну. Лег на подоконник.
Кто-то выстрелил в меня снизу. Пуля отбила кусок штукатурки мне в лицо. Меня это так потрясло, что едва смог удержаться на карнизе. Посмотрел вниз на улицу — в центре красовался здоровенный коп, целясь в меня. Глухо вскрикнув я начал раскачиваться туда-сюда и, пробив собой стекло, приземлился на пол соседней комнаты. Я выпрямился, отчаянно извиваясь и пытаясь спрятаться под кровать под звуки новых выстрелов. И вдруг увидел смуглое, злобное лицо, которое смотрело на меня с кровати.
Это был мой давний приятель итальянец — тот самый, в черной шляпе. Он бросился к окну, а Керман рванул к нему. Итальянец ударил его тыльной стороной ладони, обошел и пулей вылетел в коридор. Опять раздались выстрелы, вскрикнула женщина и чье-то тело с глухим грохотом свалилось на пол.
— Осторожно! — задыхаясь, сказал я Керману. — Внизу вооруженный коп. Он радостно выстрелит в тебя, как только заметит.
Мы стояли неподвижно, выжидая. Но коп ждать не хотел.
— Всем выйти! — крикнул он из-за двери.
— Мы выходим, — подал я голос. — Не стреляйте!
С поднятыми руками мы вышли в коридор. В проходе лежал итальянец. Среди его лба красовалась большая дыра.
Коп был массивным — высокий, ширококостный. Он что-то рявкнул, держа нас на прицеле. Мы отвернулись к стене. Вскоре послышался вой полицейской сирены. Две фигуры в белых униформах поднимались по лестнице, а с ними — следственная группа из отдела убийств. Я с радостью заметил среди них начальника окружного бюро расследований убийств Декстера. Ранее мы с ним уже занимались общим делом.
— Привет, — сказал он, уставившись на нас. — Что, чуть не попал на собственные похороны?
— Почти, — ответил я. — Можете ли вы сказать тому полицейскому, что мы не представляем опасности? Мне почему-то кажется, что он до сих пор не против выстрелить в нас.
Декстер отозвал его в сторону.
— Скоро я с вами поговорю. — и отправился взглянуть на Фридлендера.
В пять вечера мы только отправились в Сан-Диего после нескольких довольно неприятных часов, проведенных в кабинете Декстера. Я относительно честно и откровенно изложил ему всю историю. Рассказал, что дочь Фридлендера несколько лет назад похитили. Это он может проверить, позвонив в Бюро розыска пропавших без вести Сан-Диего. Также рассказал ему, что встретил на улице девушку потерявшую память и привел ее в дом своей секретарши, а сам немедленно уселся в машину и уехал, чтобы привести к ней отца.