Этого двойного пояснения хватило, но с грехом пополам. Биррел и Маггат, сидящие напротив нас с Холмсом, бросили на меня по меньшей мере по четыре пристальных взгляда за оставшееся время пути. Выражение этих взглядов варьировалось: то меня как бы подозревали в пособничестве неизвестно кому, то в их глазах светилось суеверное почтение, словно им явился сатана.
Мы — как я, впрочем, и думал — приехали на место преступления. То есть на место смерти. От Ллойда Перселла, еще вчера тягавшегося в могуществе с парламентом, остался лишь меловой контур на асфальте, похожий на детский рисунок. Холмс присел и ощупал асфальт.
— Можно узнать, что вы ищете? — поинтересовался Маггат.
— След от молнии.
— Тогда вам лучше проехать в морг.
— Это я понимаю, господин хороший, — раздраженно ответил Холмс. — Мне нужны свидетельства, что молния ударила в тело именно здесь.
Подошли еще двое — Лестрейд и мужчина с внешностью профессора.
— Удар молнии, — отчего-то радостно заговорил профессор, — хорошо нацелен. Вряд ли можно ожидать улик… извините, свидетельств по соседству. Конечно, обугленное тело слегка нагрело асфальт, но потом он снова промок под дождем.
— Бросьте, Холмс, — устало сказал Лестрейд. — Перселл вышел из дому за десять минут до смерти.
— За десять минут до обнаружения тела?
— За полчаса, но к моменту обнаружения тело уже успело слегка остыть.
— Или его остудили.
Лестрейд покачал головой.
— Говорю вам, его убило молнией и убило здесь — в полумиле от собственного дома. Охранник на всякий случай сопровождал его на расстоянии…
— И видел… сам удар?
— Нет. Он стоял там — за углом. Потом покурил и подошел сюда. Но молнию видели из вон того окна. Миссис — как бишь ее, сержант?
— Имя неважно. Она видела, как Перселла убило молнией?
— Она видела молнию. И слышала гром.
Холмс покачал головой.
— Бросьте, Холмс. Перселл сворачивает за угол в грозу — и через шесть минут его находят обугленным на асфальте.
Холмс разогнулся и посмотрел на окна верхних этажей.
— Что вы ищете? — спросил Лестрейд.
— Кто и откуда направил молнию.
— Полагаю, что Господь с небес.
— Вы часто ошибаетесь, инспектор. Боюсь, что сейчас один из подобных случаев, хотя статистически ваша гипотеза более чем оправдана.
— Бросьте, Холмс. Если даже существует такая установка, кто бы догадался поместить ее именно тут?
— Тот, кто знал о маршруте Перселла.
Лестрейд вздохнул — причем не напоказ, а очень искренне, махнул рукой и ушел не прощаясь. Холмс в глубокой задумчивости направился к кабриолету, я — за ним. Мы вздрогнули и тронулись сквозь лондонскую ночь.
— Так кто все-таки расследует дело? — спросил я минут через семь угрюмого молчания. — Биррел или Маггат?
— Десять минут назад его расследовал Лестрейд. Сейчас — по официальной версии — никто. Оно закрыто. Скотланд-Ярд верит в совпадения.