Покончив с завтраком, мы вышли из гостиницы, сопровождаемые подозрительными взглядами пышных швейцаров, оглядевших нас с ног до головы.
VI
— Может быть, я ошибся, но мне показалось несколько долгим ваше отсутствие, — проговорил я, шагая по панели рядом с Холмсом.
— Да, я заходил еще в несколько мест, — ответил он. — Надеюсь, вам не покажется странным, что, начиная с сегодняшнего дня, я числюсь помощником кладовщика у книгоиздателя Дмитрия Панфиловича Ефимова.
— Это еще зачем? — удивился я.
— Это мне было необходимо для того, чтобы познакомиться с лицами всех его служащих. Кроме того, я успел заглянуть к Клюкину, Карбасникову и по которым другим потерпевшим издателям, и теперь с гордостью могу сказать, что прекрасно знаю в лицо каждого из их служащих.
Разговаривая о нашем деле, мы незаметно дошли до книжного магазина, на вывеске которого красовалась надпись черным по белому: «Книжная торговля Никанорова».
Перейдя тротуар, мы вошли в довольно грязненький трактир 3–го разряда и заняли столик у одного из окон, заказав себе чаю.
За этим скучным занятием мы провели более трех часов, и я не запомню в своей жизни ни одного дня в который я проглотил бы такое ужасающее количество этого напитка.
Хотя Шерлок Холмс и сидел в самой непринужденной позе, но я прекрасно видел, что он ни на минуту не спускает глаз с книжной торговли, зорко осматривая всех входящих в нее и выходящих оттуда.
Одурев от скуки, мы наконец вышли из трактира.
Не зная в лицо служащих потерпевших книгоиздателей, я не мог сказать, был ли кто из них у Никанорова. Судя по нескольким строкам, записанным Холмсом в записную книжку, он, вероятно, нашел среди посетителей знакомых.
Выйдя из трактира и погуляв для разнообразия по улице около часа, мы снова заняли наблюдательный рост в трактире и снова принялись за чаепитие.
Я до сих пор удивляюсь, как я не умер в этот день от чая.
Мало–помалу начало смеркаться.
Ровно в 7 часов магазины стали закрываться.
Атлетического сложения брюнет с разбойничьим лицом появился на пороге магазина Никанорова.
Вместе с ним вышли двое служащих, и втроем они стали закрывать ставнями окна и двери магазина.
— Не правда ли, симпатичная физиономия? — насмешливо шепнул мне Шерлок Холмс, указывая головой на здоровенного брюнета.
— Судя по прежнему вашему рассказу, можно безошибочно сказать, что это и есть хозяин магазина — сказал я.
— Совершенно верно. Это и есть Гаврюшка Воропаев, с которым нам, по всей вероятности, и придется иметь дело, — ответил Холмс.
Заперев магазин, Гаврюшка не спеша погладил бородку и, сказав что–то своим приказчикам, медленно направился к трактиру.
Заняв, на наше счастье, соседний с нами столик, он заказал чай.
Я видел, как при входе Гаврюшки глаза Холмса радостно сверкнули.
Минут через 20 в трактир вошел средних лет мужчина, с плутоватым лицом.
Оглядевшись кругом и увидав сидящего за столиком Гаврюшку, он подошел к нему и, поздоровавшись, сел рядом.
— Ну что? — словно вскользь спросил Гаврюшка, обращаясь к пришедшему.
— Да ничего, все ладно, — ответил тот.
— Ты, Фомка, смотри, работай аккуратно, сам знаешь, ноне строгости какие пошли. Как бы чего не вышло.
Пришедший как–то весело и разухабисто махнул рукой.