– А я спущусь и прослежу, чтобы ты не плакал слишком громко. Вот, держи своего плюшевого мишку.
Он взял его и окинул палату прощальным взглядом. Эсси уже забрала его книги, планшет и прочее накопившееся за две недели барахло.
– По палате я скучать не буду, – сказал Рид, когда сестра повезла его к выходу. – А по тебе буду. Кроме моей матери, ты единственная женщина, которая видела меня голым, при том, что я не имел такой же привилегии.
– Тебе нужно снова набрать вес. – Она ввезла его в лифт. – И послушаться моего совета.
– Твоего – с удовольствием.
– Не возвращайся к работе слишком быстро. Дай себе время. Гуляй на солнышке, играй со щенками, ешь мороженое, запускай воздушного змея. По-моему, ты хороший полицейский и хороший человек. Дай себе время вспомнить, почему ты – и то и другое.
Рид протянул руку назад – левую, – чтобы коснуться ее руки.
– Я правда буду по тебе скучать.
Эсси встретила их улыбкой.
– Покорился, напарник? Тинетт, ты сокровище!
– Я знаю. Давай, дорогой, посадим тебя в машину. – Она помогла ему сесть и сама его пристегнула. – Позаботься о моем любимом пациенте.
– Один часик в мотеле? Это изменит твою жизнь.
Смеясь, Тинетт чмокнула его в губы.
– Мне нравится моя жизнь. Теперь поезжай и живи своей.
– А что, если бы она согласилась? – спросила Эсси, когда они отъезжали.
– Не согласилась бы. Она без ума от своего мужа. Знаешь, ей было двадцать лет, когда случился «Даун-Ист», и, чтобы оплачивать кредит на колледж, она подрабатывала помощницей медсестры, поэтому в тот вечер оказалась на передовой в больнице. Мир тесен.
Рид немного помолчал.
– Бык сказал мне, что федералы забрали наше дело, отпихнули нас. Меня.
– Я хотела с тобой об этом поговорить, когда выйдешь из больницы и устроишься дома. К сожалению, Рид, у них на руках все козыри. Ты слишком близко к делу, значит, и я слишком близко. Я боролась со стеной, и стена победила.
– Меня это не остановит.
Эсси шумно выдохнула, взметнув челку, которой недавно обзавелась.
– Федералы поблагодарят тебя и похлопают по спине. С нашей стороны такое же решение принято наверху.
– Меня это не остановит, – повторил Рид.
– Что бы ты ни делал, придется делать это без огласки, в личное время. Если они узнают, напишут начальству, и тебя приструнят. Несправедливо, но таков порядок.
– А у тебя каков порядок?
– Я с тобой. В свободное время мы будем делать все, что в наших силах. И, хочу добавить, Хэнк тоже с нами.
– Молодец.
– Да. Он не вернется к штатному преподаванию. Он хочет закончить книгу, «роман о полицейских». Те отрывки, что я читала, мне понравились. Но отчасти он не вернется, чтобы дать мне больше времени поработать над этим делом. С тобой.
– Мне нужно все продумать, нужно время. И прийти в форму. Похоже, пули превратили меня в чучело зомби.
– Да, ты мог бы выглядеть лучше. Однако, поверь мне, две недели назад было гораздо хуже.