Он тяжело дышал, стараясь не потерять сознание. Стараясь остаться в живых.
– Четыре-семь-пять-Чарли-Браво-Ромео.
– Хорошо, хорошо, очень хорошо. Сюда! Сюда! Скорее, черт вас побери. Кровь хлещет.
Врачи оттолкнули ее, уложили Рида на пол, принялись за работу.
За ними ворвались копы с оружием наготове.
Она вскинула вверх левую руку, почувствовала, как кровь Рида стекает по запястью.
– Я коп. Мы копы.
– Детектив Макви! Это Бык. Господи Иисусе, Рид!.. Кто, черт возьми, это сделал?
– Нападавшая – Хобарт, Патрисия, лет двадцати пяти, каштановые волосы, карие глаза. За рулем белой «Хонда-Сивик» последней модели, номера штата Мэн. Четыре-семь-пять-Чарли-Браво-Ромео. Я не знаю ее адреса – живет с бабушкой и дедушкой. Передайте всем постам. Найдите эту суку.
– Детектив, – сказал один из офицеров. – На улице следы крови. Она, похоже, ранена.
Эсси посмотрела на Рида и подумала, что очень на это надеется.
– Оповестите больницы и клиники. Двое – на осмотр дома. Быстро, быстро!
Патрисия гнала машину. Невероятно, мерзкий ублюдок ее подстрелил!
Пусть бы он сдох в муках! Она не могла остановиться, чтобы посмотреть, но знала, что пуля вошла чуть ниже левой подмышки. Надо надеяться, навылет. Это называют «сквозным ранением», вспомнила она, смахивая слезы боли и ярости.
Если ублюдок проживет достаточно долго, он ее опознает. Плюс она оставила следы крови, а значит, у них будет ее ДНК.
Подъезжая к дому бабушки и дедушки, Патрисия в ярости стукнула кулаком по рулю угнанной машины. Надо взять деньги, поддельные документы, оружие и дорожную сумку. Угнанную машину оставить здесь – пока она не сможет от нее избавиться – и взять свою.
Она готовилась к возможному побегу. Она все спланировала. Просто не ожидала, что придется бежать с пулевым ранением.
Патрисия вошла в дом, поднялась по лестнице.
«Все должно было пройти как по маслу», – мысленно жаловалась она себе. Она разрабатывала эту риелтершу, ходила с ней на осмотры. Выпивала – подружки! – с этой дурой. И сидела рядом с ней, потягивая водку с лимонадом, когда ее запланированная жертва позвонила тупице Рене по поводу этого дома.
Потом все просто. Зашла к ней в воскресенье утром, выведав код замка, убила глупую Рене, взяла ее папку с материалами и так далее. И ждала.
Но он ее сделал. Как, черт возьми, ему это удалось?
Патрисия всхлипнула и застонала, обрабатывая сквозную рану под мышкой перекисью водорода.
Она заметила, как напряглось его тело, как он разглядывал ее лицо.
«Наверняка он уже мертв», – уверяла она себя, натягивая свежую рубашку, доставая дорожную сумку, кидая в нее еще наличные, еще поддельные документы.
Конечно, она знала, что у него будет с собой личное оружие, она ведь не идиотка. Но она выстрелила в него дважды – в правый бок, в правое плечо.
Откуда, черт возьми, ей было знать, что он достанет пистолет и выстрелит левой рукой?
Откуда, черт возьми, ей было это знать!
Она взяла еще два пистолета, боевые ножи, гарроту, которую соорудила сама, боеприпасы, еще один парик, грим, контактные линзы, бинты и обезболивающие лекарства, которые давали по рецептам бабушки и дедушки.
Чертовски жаль, что не удастся заработать на продаже дома и полисах страхования жизни, когда бабуля и дедуля откинут коньки. Ничего, у нее имеется более чем достаточный запас, которого хватит на долгие годы.
Морщась от боли, она закинула сумку на плечо и стала спускаться по лестнице.