— Ганюша? — уже вовсю смеялся Лектер, чувствуя себя рядом с этим парнем совсем молодым. — Ну и фантазия у тебя…
Мэтью пододвинул свой стул ближе, чтобы удобнее было разговаривать, широко улыбался и открыто рассматривал весёлого доктора.
— И не только имя, — сказал парень, наклоняясь к уху Лектера. — Я учусь на художника и хорошо вижу людей. У тебя очень пластичное лицо и хищный взгляд. Я бы хотел тебя нарисовать, если ты позволишь. Ты очень притягательный.
— Как это, притягательный? — с любопытством спросил Ганнибал.
— Как хищник, который так силён, что даже не понимает этого, потому что и сравнивать-то не с кем. Ты притягиваешь к себе всех людей, что слабее тебя, а их большинство. У тебя оценивающий взгляд, как будто ты в супермаркете выбираешь продукты себе на ужин. Но тебе не интересна яркая упаковка, ведь важнее то, что внутри, сами ингредиенты… состав продукта. Я очень умён, я бы тебе понравился.
— С этим трудно спорить, — усмехнулся доктор, поражённый таким точным профилем и открытым подкатом от совсем молодого мальчика. Мэтью почти лизал его ухо. — Что там с номером телефона?
— Ещё не передумал искать Уилла?
— Нет.
— Как знаешь, — с сожалением ответил Мэтью, спрыгнул со стула и потащил за собой Лектера. — Пошли.
Парень уверенно маневрировал среди танцующей толпы, ведя за собой Ганнибала и крепко сжимая его руку, чтобы не потерять. Несчастный Ганюша мысленно готовил отмазки, чтобы отделаться от пьяненького официанта, если тот сейчас затащит его в тёмный угол. Они остановились на самом краю зала, и Мэтью указал на один из столиков. Там, в компании четырёх парней и с бокалом пива в руке, сидел Уилл и рылся в своём телефоне.
— Ваш заказ готов, — сказал ему Мэтью, снова муслякая ухо. — Хочешь, созвонимся как-нибудь? Я всё-таки хотел бы тебя нарисовать. Никакой костюм не может спрятать от глаз художника то, что под ним. Я думаю, ты прекрасен без одежды.
— Я подумаю над твоим предложением, — быстро ответил Ганнибал, не отводя глаз от Уилла. — Спасибо.
Мэтью сделал ему ручкой и скрылся в темноте, а доктор остался стоять на месте, надеясь, что Уилл его заметит. Лектер не знал, как он отреагирует на него после вчерашнего, и не хотел быть посланным в присутствии посторонних людей. Ему вовсе не хотелось быть отшитым сразу, он надеялся, что ему удастся что-нибудь объяснить, но только не при незнакомых парнях, сидящих с Уиллом за одним столом.
Неожиданно Грэм оторвался от телефона, сделал глоток пива, поднял глаза и встретился взглядом с Ганнибалом. Лектер испуганно таращился на него, перебирая сотни вариантов реакций на своё появление. Уилл мог просто опустить глаза обратно в телефон, толкнуть сидящего рядом парня и начать смеяться на жалким доктором, швырнуть в него бокалом с пивом, показать средний палец, начать с кем-нибудь целоваться, или вскочить и убежать от своего агрессивного дружка. Вся его тухлая жизнь пронеслась перед глазами, пока Уилл решал, как ему поступить. Ганнибал попытался дружески улыбнуться, но лицо застыло в отчаянной маске и совсем не слушалось его.
Уилл резко поднялся, выбрался из-за столика и подошёл к Лектеру.
— Привет, Уилл, — выдавил из себя Ганнибал. — Мы можем поговорить наедине?
— Ты пришёл сюда ко мне? — с робкой улыбкой спросил Грэм, беря его за руку.
— Только к тебе. Мне надо объяснить…
— Не нужно ничего объяснять, Ганнибал, — сказал Уилл, обнимая его. — Достаточно того, что ты пришёл.
— Но я тогда наговорил …
— Я же сказал, что прощу тебе всё, чтобы ты ни сказал и ни сделал. Тебе пора научиться меня слушать.
— Уилл… — на выдохе прошептал Лектер, порывисто обнимая и прижимая его к себе. — Прости меня, я напридумывал там себе…
— Давай уйдём? — снова перебил его Грэм, счастливо улыбаясь и сверкая глазами.
— А твои друзья?
— Они мне неинтересны. Я так рад, что ты приехал, любимый! Может, уже дашь мне свой номер телефона?
— Конечно. Что мы, как в девятнадцатом веке, ищем друг друга с фонарями? — с облегчением рассмеялся доктор, целуя Уилла в нос. — Давай уйдём.
Они быстро покинули ночной клуб и, не раздумывая, поехали к Лектеру. Уилл совсем не помнил обиду, счастливо ластился к Ганнибалу, постоянно целовал его в такси и заботливо поправлял ему волосы. Маленький весёлый голубь радостно одаривал своего спасителя вниманием, магнитом притягиваясь к тому, кто так отчаянно нуждался в нём.
Болезненная зависимость друг от друга заставляла их прижиматься всё сильнее. Чувства, так внезапно и сильно овладевшие Лектером, сводили его с ума, и он не мог их скрывать или контролировать, а Уилл, словно эмоциональный вампир, насыщался ими, разжигая всё новые и новые.
Они начали раздеваться ещё в холле отеля, стягивая друг с друга дурацкую одежду, которая мешала им насладиться настоящим человеческим теплом, и занимались любовью до рассвета.
Утром они пили кофе в постели, смотрели фильм на планшете, а Ганнибал сбегал до помойки и выкинул стухшее сердце Ганса, которое так и провалялось двое суток в пакете на полу. Он бы и не вспомнил о нём, если бы Уилл не споткнулся об него утром, пробираясь в уборную.