Находясь в вечной френдзоне, Фредди давно научился довольствоваться и этим.
Когда на столе остались одни пустые коробочки, Лектер начал собирать весь мусор в корзину, включая скатерть, а Чилтон полез за рюмками и коньяком. Со стороны, ну прям семейная пара на отдыхе после тяжёлого рабочего дня, настолько они привыкли друг к другу. Пристроив рюмки на столе, Фредерик разлил коньяк, вдохнул горьковатый аромат и раскинулся в кресле, широко расставив ноги.
Он с нежностью наблюдал за своим другом, который окончательно захватил его сердце. Просто голый Ганнибал в прошлый раз парализовал его мозг, но сейчас, доступный лишь немного, он вызывал дрожь и умопомрачительное желание. Всегда закрытый, затянутый в пиджаки и рубашки Лектер неожиданно раскрепостился и стал совсем человечным. Чилтон с трепетом рассматривал обнажённые участки кожи — вздутые венки на сильных руках, седые кудряшки, выглядывающие из-под ворота рубашки, лёгкую полуулыбку на губах.
Они плотно поужинали, разлили по рюмкам алкоголь, и теперь можно было и поговорить.
— Мне понравилось ужинать по-домашнему, — сказал Чилтон, смотря на друга, который тоже расползся по дивану. Он впервые видел, чтобы Ганнибал так развалился, а не сидел прямо, как палка, и поэтому любовался таким уютным возлюбленным, отгоняя от себя картинки их брачной церемонии. — Предлагаю сделать это традицией.
— Я введу свои традиции, Фредди, — медленно ответил Лектер. — Ты ведь знаешь, я прекрасно готовлю. Раньше, до переезда в Берлин, я устраивал званые вечера и кормил своих гостей настоящими блюдами, а не этой кафешной штамповкой. Я немного позабыл эту мою страсть, но вчера решил снова всё наладить. Хочу снять дом на длительный срок, с хорошей кухней и большой гостиной. Если обращусь, поможешь мне с этим?
— Конечно, — кивнул головой Чилтон, снова доливая коньяк в рюмки, немного помялся, но всё же продолжил, — у меня огромный дом, Ганнибал. Ты можешь переехать ко мне и переделать мою кухню по своему вкусу.
— Да? И в качестве кого я поселюсь у тебя?
— Я буду рад любому варианту.
На секунду Ганнибал представил, как он фарширует человеческое сердце на глазах изумлённого Фредерика, который всё-таки хирург и может понять, что ему готовят на ужин. Эта мысль была настолько абсурдной, что он не удержался и рассмеялся. Тем более, он был не такой уж и дурак. Сможет ли он держать оборону, если его «сожитель» перейдёт в наступление и начнёт пробираться к нему в спальню?
— Спасибо, я буду иметь в виду, но я просил помощи с оформлением аренды. Ты же знаешь, я нелегал.
— Да знаю я, — ответил Чилтон, снова наливая. Ганнибал выглядел таким мягким и доступным, что Фредди решил его немного напоить. — А где ты возьмёшь себе гостей для ужина? Ты же тусуешься с одними покойниками.
— Не знаю… — хмыкнул Лектер, принимая от Чилтона рюмку. — Я пока об этом не думал. Могу начать с твоих друзей. Всё немного расплывчато, точной картины пока нет, одни намётки.
Домашний, захмелевший и немного взлохмаченный Ганнибал снова развалился на диване, подтянув под себя одну ногу и потягивая коньяк, и чему-то мечтательно улыбался. Несчастный влюблённый Фредерик больно ущипнул себя за мочку уха, чтобы усидеть на месте и не наброситься на своего разнеженного друга. Разнеженный Лектер — на словах это звучало, как сказка, а на деле выглядело куда более опасно и сексуально.
— У меня не так много друзей, Ганнибал, — сказал Фредди. — Но полно полезных знакомств. За свою практику я заштопал немало высокопоставленных животов, и часть из них латал ты сам. Если захочешь организовать шикарный приём, я с радостью тебе помогу. Только как я тебя представлю? Мой шеф-повар? Мой секретный хирург-потрошитель? Мой близкий друг?
— Ближе к дате и решим, — прекрасно понимая, куда тот клонит, ответил Лектер. — Ну, заранее спасибо за поддержку. Хочу немного вылезти из сумрака, пока я ещё не развалился на части.
— До этого ещё далеко, Ганнибал. Если бы ты был женщиной, я бы сказал, что ты в самом продуктивном возрасте.
— Если это комплимент, то спасибо, — рассмеялся доктор, залпом допивая коньяк. Алкоголь тихими молоточками уже начал стучать по вискам, и наступил переломный момент, когда надо было либо остановиться, либо уже продолжать пить до победного. — Мы что, уже приговорили целую бутылку? Пытаешься меня напоить, хитрый лис?
— Даже мыслей таких не было, да и бутылка была не целая… — невинно хлопал глазками Чилтон, вставая с кресла. Он подошёл к Лектеру, уселся на подлокотник и облокотился на невысокую спинку дивана. — Будешь ещё коньяк?
— Пожалуй, откажусь.
— Как хочешь, — Фредди немного помялся, но всё-таки наклонился и положил руку на колено Ганнибала. — Послушай, тебе не кажется, что наш флирт немного затянулся?
— Я думал, что мы друзья, Фредди, — хмельно улыбнулся Лектер, не делая попыток скинуть чужую руку. — Разве нет?
— Тяжело дружить с человеком, на которого у тебя эрекция, — пробормотал Чилтон, начиная потихоньку пробираться к ширинке «друга». — Я надеялся, что ты сможешь мне с этим помочь.
— Эрекция не аппендицит, — весело ответил Ганнибал, останавливая настырную руку в паре сантиметров от своего члена. — Разовая операция не поможет, она так и будет возвращаться снова и снова. Найди себе того, кто будет этому рад.
— Меня бы устроила хотя бы разовая акция, Ганнибал, — стараясь не выглядеть умоляющим, ответил Фредерик, вырывая руку и снова делая попытку пробраться к нему между ног. — Не заставляй меня умолять.
— Прости, дружище, — неожиданно испуганно сказал Лектер, грубо отталкивая его руку. — Я… Я, кажется, не могу.
— Не можешь со мной?
— Просто не могу и всё.
— Хранишь кому-то верность? — раздражённо спросил Чилтон, сползая с подлокотника на диван и садясь рядом с Ганнибалом. — Ты сам говорил, что секс — самая обычная вещь на свете и не несёт ничего, кроме физической разрядки. Он всегда и со всеми одинаков, дело лишь в опыте, так почему же нет?
— Есть причины, — размыто ответил доктор, спуская ноги на пол и отворачивая голову.