Вот он, наконец, ловит врага в Песчаный Гроб и… тот просто обратился в воду и выбрался из техники живым! Снова!
Это действительно могло бы продолжаться бесконечно долго, но выносливость джинчуурики и его запасы чакры в сотни раз превосходили любого человека!
После очередной атаки мелкого человека, тот на мгновение исчезает и… словно запущенный из огромной рогатки, несётся на него, потешно держа пустые руки: будто думает, что держит отведённый назад для замаха меч, а затем невероятно быстро делает, должное быть росчерком меча, движение и, буквально за мгновение до того, как невидимая линия, исходящая из его сложенных трубочкой рук, достигнет тела врага, появляется огромный ледяной клинок, что отсёк бы Еноту голову, не будь тот лишь принявшей форму животного сыпучей массой.
Хаку тратил чакру в таких объёмах, что вскоре случилось закономерное: она закончилась!
Однако, когда Гаара уже мысленно праздновал победу, своим притушенным сознанием радуясь тому, что кровь сильного ниндзя обагрит его песок, враг отскочил и прорычал словно во всю мощь своих легких:
— Секретная техника пополнения запасов чакры!!! — Его уверенный и пафосный голос разнёсся по всей песчанно-ледяной арене, и после, к огромному шоку джинчурики, он почувствовал полностью восстановившуюся чакру противника.
— Нхевосссможно!!! — прорычал-прошипел с каждой секундой всё более теряющий разум джинчуурики.
— Я так не думаю, ну что, продолжим наш танец, Тануки? — Ехидный голос полнился превосходством и надменностью, которую они — и Гаара и демон внутри него — так хотели уничтожить.
Только что на глазах почти обезумевшего джинчуурики случилось невозможное, а после он уже и не помнит, как происходил бой дальше.
Прежде чем демон окончательно захватил разум, Гаара использовал технику принудительного сна, временно высвобождая Шукаку.
Он спал и чувствовал холод, в то время как ниндзя был обречён на сражение с биджу, что означало поражение Хаку, ведь только шиноби уровня Каге могли противостоять хвостатым демонам.
Он не знал, что произойдет дальше, как сложится ситуация с их планом, с Конохой, с его семьёй. Его это не волновало. Но Гаара никак не ожидал очнуться во всё том же заледеневшем зале с огромным количеством льда, который вместе с его песком принимал самые придчудливые формы.
Он чувствовал его, чувствовал намного лучше и четче, чем раньше.
Его враг медленной походкой приближался, его чакра была полна, нет! — В шоке понял джинчуурики. — Чакра его врага в несколько раз превосходила то количество, с которым Хаку начал сражение.
Шаг за шагом, уверенной походкой он подходил все ближе и ближе к поверженому Гааре, у которого совсем не осталось чакры для продолжения боя.
Он проиграл, проиграл еще большему монстру, чем он сам.
Впервые в жизни он почувствовал страх, от Юки исходила такая мощная чакра с примесью такого знакомого демонического отлива. Гаара всё понял, и с кем столкнулся, и почему проиграл. Но инстинкт заставлял его испытывать страх, побуждая желание жить.
Красные глаза, светящиеся потусторонним светом, острые зубы, белоснежная кожа, местами переходящая в чистый лёд. И эта аура, от неё становилось настолько холодно, что перестаёшь что-либо чувствовать.
Он хотел закричать, выкрикнуть, чтобы это чудовище не приближалось, но изо рта донеслись только хрипы. Холодно, было очень холодно, он словно бы дышал холодом, сознание медленно начало гаснуть, с каждым шагом он чувствовал, как приближается момент его смерти.
С каждым шагом врага Гааре становилось всё холоднее, словно это сам Шинигами пришел забрать его душу.
— Прости, кажется, я слегка увлёкся… Ты слышишь меня? — Враг улыбнулся, и холод начал отступать. Подойдя к Гааре, Юки применил лечащие техники и начал вливать в того чакру, не позволяя Гааре замёрзнуть насмерть.
— Зачем? — едва смог вымолвить поверженный противник, когда к нему вернулась способность говорить.
— Мне было больно смотреть на твои страдания, поэтому я решил немного помочь тебе. Какое-то время демон внутри не будет тебя беспокоить. Насладить спокойной жизнью, пока имеется возможность… — Ответил он, не прекращая вливать чакру в тело Гаары.
— Почему? Мы же враги? Не понимаю… — Тихо молвит Гаара, смотря, как сияющие изумрудным светом руки Хаку, лечат его.
— Враги? А у нас есть причины сражаться? Лично я не вижу причин не помогать тебе… К тому же, одиночество — крайне тяжелое бремя, сам испытывал его. Даже в некоторой степени до сих пор испытываю. — Последнее предложение далось Юки тяжелее, словно у него было что-то тяжёлое на душе.
— Ты такой же… — Понимает Гаара, чувствуя некое понимание собеседника, которое он не мог бы объяснить, даже если бы и захотел. Он просто чувствовал, что у них обоих была крайне тяжёлая судьба.
— В любом случае, не стоит прекращать пытаться, даже если один раз поранил сердце, не стоит заковывать его в непроницаемую броню для всех посторонних. С друзьями легче, и иметь того, кто сможет взять хотя бы часть этой тяжёлой ноши, это… приятно. — Закончив лечение, Хаку улыбнулся ему мягкой, понимающей улыбкой.
— Знаешь, дай шанс своей сестре, своему брату. На этом я закончил лечение, ты голоден? Я вот очень непрочь поесть чего-нибудь, пойшли со мной.
Гаара был голоден, а от пережитого спать совсем не хотелось. Они вышли из ледяного мира, отправившись к ближайшей забегаловке.
***