— Волк покинул логово и идет по следу.
Виктор тихо выругался, достал кошелек, вынул из него несколько бумажек.
— Костик, ты хоть поесть успел? — спросил он, и не дожидаясь ответа забрал почти пустое ведро. Накрыл его крышкой, сунул купюры так, чтобы они наполовину торчали из ведра.
Лена уже встала, и стояла у выхода из шашлычной. Снаружи по-прежнему была темнота, но теперь она пахла опасностью.
— Он уже близко, — тихо сказала она, — нам надо спешить.
Она вышла не дожидаясь остальных.
Майор достал пистолет, выскочил из помещения и быстро запрыгнул в свою машину. Мотор заурчал.
Виктор и Костик почти одновременно заскочили внутрь — Виктор на переднее, Костик на заднее сиденье, и тут Костик рыкнул как-то странно, негромко, но тревожно.
Виктор оглянулся и увидел, что Лены не было.
Глава семнадцатая
в которой все бегут, скачут, едут, а потом дверь остается открытой
Лена быстро вышла на улицу и машинально обошла припаркованный прямо к крыльцу автомобиль. Успела подумать, что хозяин паркуется, как урод, и тут же вспомнила, как оправдывался майор. И тут она заметила чуть в стороне, на краю стоянки свою собственную машину. Ту самую, которую пришлось бросить на краю Михайловского парка, потому что их увезли в полицию. Да и как-то не до того было тогда.
— Откуда ты здесь? — пробормотала Лена и подошла ближе. Рука сама нашарила в кармане брелок, сигнализация приветственно пискнула. В этом было что-то неправильное, но Лена чувствовала, что все в порядке. Это не могла быть ее машина, но тем не менее…
Движения были настолько привычные, что она заметила, что остальные уже загрузились в машину майора прежде, чем осознала, что сама сидит за рулем.
— Ну и поеду на своей! — сказала она сама себе, — Не бросать же опять.
И она повернула ключ зажигания.
Первым встревожился Костик, а первым заметил Лену Виктор. Она стояла чуть в стороне, на самой границе пятна света от фонарей над входом, и перед ней стояло какое-то крупное животное. Виктор хотел вылезти и позвать ее, увидеть, что она делает, что это за зверь, но тут майор рванул с места.
Машина едва проскользнула мимо другой, стоящей на стоянке, почти запрыгнула на шоссе, помчалась вперед.
— Лена осталась! — воскликнул Виктор, но майор замотал головой.
— Мы не успели бы ее забрать, — сказал он почти спокойно, — А так мы хоть этого за собой уведем.
Виктор хотел переспросить, но потом сам вгляделся в зеркало. Ничего не увидел, развернулся, рассматривая дорогу сзади.
Костик уперся когтистыми лапами в обивку сиденья, смотрел куда-то в темноту через заднее стекло и рычал. Грозно, но кроме угрозы в его голосе слышались страх и отчаяние.
Сперва Виктор никак не мог понять, что видит. Какие-то огни качались позади… какое-то облако, что-то двигалось…
Потом он увидел — разом и целиком. Их догонял Волк. Огромный и черный. Его глаза горели, как пара фонарей, его клыки влажно блестели, его тело сливалось с мраком вокруг.
Виктор выругался, вытащил свой пистолет. Он снова ощущался в руке тяжелым и мощным, но Виктор боялся смотреть — вдруг там окажется пересохшая деревяшка, а вся тяжесть лишь в его мечтах. Он открыл окно, высунулся и выстрелил. Руку дернуло отдачей, машина вильнула — Филиппов от неожиданности дернул руль, но тут же выровнялся.
— Откуда у тебя такая машинка? — спросил майор. Виктор только дальше высунулся и попытался прицелиться в Волка получше. Прошлый раз чудо-пистолет здорово выручил, но из него надо хотя бы попасть.
И тут он увидел, что Волка нагоняет Лена верхом на огромном рыжем коне. Несмотря на расстояние, видно было все очень отчетливо — девушка прикусила губу от волнения, левая рука скрыта развевающейся гривой, только угадывается, где она держит поводья, а правая сжимает длинное копье со сверкающим наконечником.
Лена видела, как машина Филиппова вылетает на трассу. В первый миг она удивилась и немного испугалась, но потом она увидела преследующего Волка.
Она сразу узнала колдуна. Тот был огромен, страшен и очень силен, но Лена чувствовала лишь гнев и отвращение. Вся сила колдуна была ворованной, вытянутой из мучений невинных, выращенной на крови и страхе. Весь колдун состоял из крови, гнили и страха, и Лене было как-то даже неловко бояться такого — слишком уж он был пугающим. Как страшилище в низкопробном фильме ужасов.
Огромный черный волк — что может быть глупее?