Она идет прямехонько во дворец Батюшки-дэва, смотрит: во дворце никого, кроме девушки, нет.
— Доченька, — обращается она к девушке, — я жена падишаха и хочу повидаться с твоим отцом.
Девушка отвечает, что ее отец ушел еще до восхода солнца, а вернется во дворец, когда солнце сядет.
Вот приходит она опять — после заката солнца — и просит у Батюшки-дэва его дочь в жены шахзаде.
— Ладно, моя султанша, — говорит Батюшка-дэв и начинает готовиться к свадьбе. Он дает своей дочери такое богатое приданое, что и вообразить невозможно. Девушка целует своему отцу руку.
Когда они сели в карету, чтобы ехать во дворец падишаха, Батюшка-дэв наклонился к уху девушки и сказал:
— Доченька, ты знаешь, я же — дэв и на свадьбу к тебе не могу прийти. Пусть Аллах даст тебе счастье. Когда захочешь меня увидеть, приходи.
Поцеловал Батюшка-дэв свою дочь в лоб и еще сказал:
— Когда у тебя, доченька, родится ребенок, если это будет девочка, вы сами дайте ей имя. Если же появится мальчик, то назову его я. Не забудь об этом, не то придется вам плохо.
Еще раз поцеловал Батюшка-дэв свою дочь и пожелал на прощание:
— Ну, будь счастлива!
Вот приезжает девушка во дворец падишаха, и тут устраивают свадьбу на сорок дней и сорок ночей.
Хорошо зажили девушка и сын падишаха в своем дворце.
Проходит девять месяцев и десять дней, и появляется у них на свет мальчик, прекрасный, словно луч света. Девушка забыла о том, что ей наказывал Батюшка-дэв, и вот они с сыном падишаха дали мальчику имя.
Ровно на третий день после рождения ребенка разразилась буря — настоящее светопреставление: шум, грохот, все окрестности заволокло пылью и мглой, засверкали молнии. Все перепугались, спрашивают: «Что стряслось?» Смотрят: Батюшка-дэв, по пояс голый, с обнаженной саблей в руке, мчится прямо ко дворцу падишаха. На улицах, в домах все ищут какую-нибудь щелку, куда бы укрыться.
Батюшка-дэв врывается во дворец. Там тоже все прячутся. Тут девушка вспомнила об уговоре: «Ой, мой отец пришел, чтобы убить меня!» — дрожит она на своей постели. А Батюшка-дэв входит прямо в комнату девушки и говорит:
— Я же предупреждал тебя, дочка. Ты не послушалась меня. Теперь бери в руки эту саблю, и хорошо будет, если ты убьешь меня одним ударом! А иначе я убью тебя.
Дэв протягивает девушке саблю, а девушка умоляет, упрашивает его:
— Батюшка мой, прости меня, я забыла! Дай ребенку имя снова…
Но Батюшка-дэв не слушает ее.
— Поступай, как я тебе говорю, дочка! — кричит он.
Что оставалось делать бедной девушке? Взяла она из рук Батюшки-дэва саблю и, не видя другого выхода, воскликнув: «О Аллах», ударила Батюшку-дэва по шее. Голова дэва упала в одну сторону, тело — в другую. И тут вдруг тело Батюшки-дэва превратилось в кровать, подобно которой никто не видел на свете, из алмазов и золота, сверкает так, что глазам больно. А голова дэва превратилась в колыбель, не имеющую себе равных, — тоже сверкает алмазами и золотом. Девушка — в изумлении от того, что увидела. Оказывается, Батюшка-дэв был заколдованным, и эту кровать и колыбель для сына девушки он преподнес ей как свадебный подарок. Но откуда девушке это было знать?
Вскоре все вокруг успокоилось, снова засияло солнце.
Когда кругом все утихло, люди вышли из своих укрытий. Приходят они в комнату девушки — и что же видят? Кровать и колыбель, да такие, что человеку невозможно на них смотреть, глазам делается больно. Девушка тут им и говорит:
— Мой отец преподнес мне это в подарок.
И вот весть о красоте кровати и колыбели распространяется во всем мире. Все, кто живут в семи поясах земли, в четырех углах света, узнают об этом и начинают бесконечным потоком стекаться сюда, чтобы посмотреть на эти чудеса. Ворота дворца открываются для каждого, глашатаям приказано выкликать: «Всякий, кто бы он ни был, бедный или богатый, может прийти и посмотреть кровать султан-ханым и колыбель маленького шахзаде в течение сорока дней!»
Ровно сорок дней весь мир — богатые и бедные, те, кто живут близко, и те, кто обитают далеко, прибывают, чтобы посмотреть кровать и колыбель.
Услышал об этом и падишах — настоящий отец девушки. Наступил сорок первый день с тех пор, как глашатаи выкликали эту весть. Падишах тоже собрался и приехал ко дворцу, но ворота оказались запертыми. Тогда он, получив разрешение, приходит к здешнему падишаху и говорит:
— Я не мог прежде приехать, у меня были дела. Вот только теперь собрался. Покажите мне кровать и колыбель.
Здешний падишах отвечает: «Ладно», берет с собой приехавшего — а тот оделся дервишем, — и они идут прямо в комнату девушки.