— Согласна. Но если не Кен, то кто?
— Черт возьми, Пат, да любой из наших! Они все против вас. И уверены, что Джерри со своими...
— Чушь.
— Да неужели? — На миг Роуэн мерещится прежняя Лени Кларк — хищная улыбка в неверном свете. — Представим, что пять лет назад это вы нам надрали задницы, и с тех пор мы жили под домашним арестом. А потом из наших рук к вам проникает какой-то микробчик, и корпы от него мрут как мухи. Скажешь, вы бы ничего не заподозрили?
— Да. Конечно, заподозрили бы, — тяжело вздыхает Роуэн. — Но мне хочется думать, что мы не полезли бы на рожон без малейших доказательств. Мы бы, по крайней мере, допустили, что вы ни при чем.
— Помнится мне, до перемены ролей о виновности- невиновности речь не шла. Вы, не теряя времени, стерилизовали горячие зоны, и плевать, кто в них попал и в чем виноват.
— Хороший довод. Достоин Кена Лабина с его хваленой этикой.
Лени фыркает.
— Остынь, Пат. Я не говорю, что ты врешь. И мы дали вам поблажку — больше, чем вы нам в те времена. А тут у тебя много народу. Уверена, что никто не действует у тебя за спиной?
Свет — тьма.
— Тем не менее еще есть надежда все замять, — продолжает Кларк. — Мы сами занимаемся Бета-максом. Если с ним не работали, то ничего и не найдем.
В животе у Роуэн расползаются червячки ужаса.
— А как вы определите, да или нет? — спрашивает она. — У вас же нет патологов.
— Ну, вашим экспертам у нас никто не поверит. Может, у нас и нет профессоров, но найдется человечек-другой со степенью. Плюс доступ в биомедицинскую библиотеку и...
— Нет, — шепчет Роуэн. Червячки вырастают в жирных корчащихся змей. Она чувствует, как кровь отливает от лица. Лени тотчас замечает ее бледность.
— Что такое? — Она склоняется вперед, перегибается через подлокотник. — Почему тебя это волнует?
Роуэн мотает головой.
— Лени, вы не поймете. Вы не подготовлены, за пару дней в предмете разобраться. Даже получив правильный результат, вы рискуете неверно его истолковать.
— Какой результат. Как истолковать?
Роуэн видит, как она изменилось в лице. Так Лени выглядела пять лет назад, при первой их встрече.
Рифтерша спокойно отвечает на ее взгляд.
— Пат, не стоит от меня что-то скрывать. Мне и так нелегко удерживать собак на цепи. Если есть что сказать — говори.
«Скажи ей...»
— Я сама только недавно узнала, — начинает Роуэн. — Бетагемот, возможно... я о первом Бетагемоте, не о новой мутации — возможно, он выведен искусственно.
— Искусственно...
Слово тяжелой, мертвой тушей повисает между ними.
Роуэн заставляет себя говорить дальше.
— Приспособлен к аэробной среде. И скорость деления увеличена, чтобы быстрее воспроизводился. Для коммерческого использования. Конечно, никто не собирался губить мир. Речь шла вовсе не о биологическом оружии... но, по-видимому, что-то пошло не так.
— По-видимому... — Лицо Кларк застыло маской.
— Ты, конечно, понимаешь, чем грозит, если ваши люди обнаружат модификации, не понимая, в чем дело. Они, может, и сумеют определить искусственное вмешательство, но какое именно, не разберутся. А скорее, стоит им обнаружить следы генной инженерии, они сочтут, что преступление доказано, и дальше разбираться не будут. Получат результат, который примут за улику, а людей, которые могли бы объяснить им ошибку, слушать не станут, сочтя врагами.