– Ни в коем случае, мы с ней уже все порешили.
– Вы об этом не сказали ни слова, так что я не понимаю когда, – полюбопытствовал Деми.
– А мы умеем обмениваться мыслями без всяких слов. Куда лучше, чем телеграф.
– Я понял – с помощью взглядов. Я видел, как вы подняли брови и кивнули на карету, а миссис Баэр рассмеялась и кивнула в ответ, – догадался Нат, который давно уже перестал робеть перед добрым мистером Лори.
– Именно так. Ну, давай же.
Через минуту Дан уже сидел в карете, нога его покоилась на подушке, положенной на противоположное сиденье, и его укутали в плед, таинственным образом прилетевший откуда-то сверху именно в тот миг, когда он понадобился. Деми забрался на облучок рядом с Питером, чернокожим кучером. Нат сел рядом с Даном на почетное место, а дядя Тедди устроился напротив – чтобы следить за ногой, сказал он, на деле же ему хотелось рассматривать лица мальчиков, оба очень счастливые, но такие разные: у Дана – угловатое, смуглое, волевое, у Ната – удлиненное, светлое и несколько безвольное, но очень располагающее за счет кротких глаз и красивого лба.
– Кстати, у меня тут где-то книжка, которая тебе, наверно, понравится, – объявил старший из всех мальчиков и, пошарив под сиденьем, вытащил книгу, при виде которой Дан воскликнул:
– Ого! Ничего себе! А так бывает?
Он переворачивал страницы, разглядывая прекрасные изображения бабочек, птиц и самых разных занятных насекомых – картинки были цветными, как в жизни. Дан так увлекся, что даже забыл поблагодарить, однако мистера Лори это не расстроило, ему довольно было искреннего восторга мальчика и тех восклицаний, которые он издавал, натыкаясь на старых знакомых. Нат смотрел ему через плечо, а Деми повернулся спиной к лошадям и свесил ноги внутрь кареты, чтобы участвовать в разговоре.
Когда они добрались до жуков, мистер Лори вытащил из жилетного кармана какую-то странную штуковину и, положив на раскрытую ладонь, сказал:
– Этому жуку много тысяч лет.
Мальчики начали рассматривать странного жука, сделанного из камня, – серого, с виду очень старого, а мистер Лори рассказывал, что его достали из савана мумии, а до того он долго-долго лежал в знаменитой гробнице. Уловив интерес своих слушателей, он пустился в рассказы о египтянах, о прекрасных, невероятных развалинах, оставшихся после них на берегах Нила, о своем путешествии по могучей реке на ладье с дивными темнокожими гребцами; о том, как он стрелял аллигаторов, видел удивительных животных и птиц, а потом пересек пустыню верхом на верблюде, причем качало на нем, точно в шторм.
– Дядя Тедди почти такой же хороший рассказчик, как и дедушка, – похвалил Деми, когда рассказ был окончен и все стали просить продолжения.
– Спасибо, – скромно ответил мистер Лори, которому сильно польстила похвала Деми, ведь дети в таких случаях – лучшие критики, и всякий, кому удалось им потрафить, может собою гордиться.
– А вот еще пустячок-другой, которые я сунул в карман, когда копался в своих вещах и искал, чем бы таким порадовать Дана.
Дядя Тедди достал отличный наконечник для стрелы и изящное ожерелье из раковин.
– Расскажите нам про индейцев! – попросил Деми, любивший играть в вигвамы.
– Дан про них очень много знает, – добавил Нат.
– Уверен, что больше меня. Расскажи нам что-нибудь. – Вид у мистера Лори был не менее заинтересованный, чем у мальчиков.
– Мне мистер Хайд рассказывал, он у них бывал, умеет говорить по-ихнему и вообще их любит, – начал Дан, которому льстило такое внимание, однако он смущался в присутствии взрослого слушателя.
– А зачем нужна эта нитка с ракушками? – осведомился со своего возвышения Деми.
Остальные тоже начали задавать вопросы, и Дан и глазом не успел моргнуть, как пустился в пересказ того, что слышал от мистера Хайда, когда несколько недель назад они плыли вниз по реке. Мистер Лори слушал внимательно, однако мальчик его занимал куда сильнее, чем индейцы: дело в том, что миссис Джо уже рассказывала ему про Дана, и ему приглянулся непокорный паренек, сбежавший, как когда-то хотел сбежать и он, а теперь слегка укрощенный болью и долготерпением.
– Я вот подумал, что неплохо бы вам было создать собственный музей: там можно будет хранить все интересные и диковинные находки, подарки и поделки. Миссис Джо слишком добра, чтобы жаловаться, но ей не очень по душе, что весь дом забит всяким хламом: в лучшей ее вазе валяются навозные жуки, к задней двери приколочена парочка дохлых летучих мышей, на головы людям падают осиные гнезда, а в каждом углу навалены камни – хоть целую улицу мости. Не много на свете женщин, которые бы такое вынесли, верно?
Поскольку мистер Лори говорил с озорной искоркой в глазах, мальчики рассмеялись и принялись пихать друг друга локтями: было ясно, что кто-то вынес сор из избы – откуда иначе мистеру Лори знать про эти сомнительные сокровища?
– А куда нам их девать? – поинтересовался Деми, скрестив ноги и наклонясь пониже, чтобы принять участие в обсуждении.
– В старый каретный сарай.
– Там крыша течет, да и окон нет, и класть некуда, а еще везде сплошная пыль и паутина, – начал было Нат.
– А вот подожди, мы с Гиббсом его немножко подправим – вот тогда и поглядите. Он приедет в понедельник и все подготовит, а в следующую субботу приеду я, мы всё устроим и заложим основы очаровательного музейчика. Каждый принесет, что у него есть, каждому выделим место, главным хранителем у нас станет Дан, потому что он лучше других понимает в этих вещах, а кроме того, будет ему спокойное и приятное дело, которым он себе не повредит.
– Вот это здорово! – воскликнул Нат, а Дан улыбнулся от уха до уха, не в силах вымолвить ни слова. Он лишь крепче стиснул свою книгу и посмотрел на мистера Лори так, будто считал его одним из величайших благотворителей во всей истории.
– Еще кружок сделать, сэр? – осведомился Питер, когда они оказались у ворот, дважды объехав треугольник длиной в полмили.