– И… я не оставлю тебя, ведь мы друзья… эм, да? И ты можешь на меня рассчитывать… и…
– Ты, конечно, мой друг, но давай помолчим? – Энма покрывается румянцем то ли от неловкости разговора, то ли от того, как Тсуна выдохнула ему на ухо.
Наверное, так они бы просидели долго, если бы Савада не начала дрожать от холода. Замерзла она давно, но только сейчас ее тело начало нормально реагировать, так как девушка перестала погружаться в свои мысли.
– Аа, вот, держи, – Козато накидывает на нее свой пиджак после того, как прерывает сеанс обнимательной терапии.
– Не стоит, тебе тоже холодно.
– Я довольно устойчив к такой погоде, мне нормально. И иммунитет у меня хороший, так что… – он активно жестикулирует руками не в силах скрыть смущение от всей ситуации, поэтому Тсуна, видя искренность предложения, не отказывается.
– С-спасибо.
– Не за что, – он резко встает, почти падает, потом спохватывается и предлагает Саваде руку, но девушка уже с легким смехом поднялась на ноги. – Я провожу тебя. Ладно?
– Угу, – она отвечает очень просто, но даже в этом звуке больше жизни и радости, чем в самом начале их разговора.
Пока Тсуна поправляла и отряхивала юбку, Энма оглядывал девушку.
– Твоя нога!
Савада опускает взгляд на коленку и впервые замечает, что что-то не так.
– Ох, порвала колготки, – говорит она с такой искренней печалью, выбивая парня из колеи.
– Сейчас, я найду пластырь, – в отличие от нее Энма выходил из школы подготовленным, переобулся и взял сумку.
– О, нет, не надо, – Тсуна качает головой. – Я сама дома все сделаю, обработаю свою смертельную рану.
Она тихонько хихикает, находя все это смешным. Козато кивает, понимая, что пластырь тут действительно не поможет, ведь надо бы вначале обработать ссадину. Тсуне становится только веселее от такого серьезно заботливого выражения лица Энмы.
Они поднимаются по склону берега и начинают идти к дому Савады. Разговоры прекращаются, и Тсуне становится неловко в образовавшемся молчании. Она смущена тем, что Энма увидел ее в таком виде. Да, она не плакала, но была расклеившейся и депрессивной. Тсуна хочет как-то замять ситуацию, поэтому ищет темы для диалога, чтобы отвлечь парня.
Савада сжимает в ладонях ткань пиджака, который был теплее, чем казался на вид. Но и без него Энма рядом не выглядит замерзшим. Он не врал, когда говорил, что легко переносит холод. И этот факт объяснял, почему парень всегда обходился на улице без куртки.
– Ах, точно, – Тсуна зацепляется за свои мысли. – Уже месяц прошел с вашего перевода к нам, а вы все в форме вашей школы. Неужели вам не нравится наша? Хахах, комитет это очень раздражает.
Для новеньких нормально первое время носить форму старой школы, но за месяц можно было и приобрести новую… Только если ребята не перевелись сюда временно.
– Вы потом вернетесь в свою школу, да?
– Эхм, – Энма точно не ожидал подобного вопроса. – Пока не знаю, нас устраивают оба варианта. Все решится, исходя из обстоятельств…
Тсуна поджимает губы. Она все еще не уверена, существует ли их прошлая школа на самом деле. Школа Шимон. Кто называет учебное заведение в честь мафиозной семьи? Или наоборот, но это ещё страннее. Савада хотела сходить по адресу, но пока не выдалось возможности.
Девушка яро трясет головой, заслуживая удивленный взгляд от Энмы. Так она отгонят плохие мысли. Энма назвал ее своим другом, он помог ей и был добр. К тому же Шимон может оказаться просто дружеской семьей как Каваллоне или Томасо.
Поэтому Тсуна будет верить ему.
– Я буду рада, если вы останетесь в нашей школе, – тихо, но уверенно произносит Савада, заглядывая в глаза парня.
– О, – Козато растерянно смотрит в ответ, а когда понимает, что эти слова почему-то делают его счастливым, немного краснеет. – Я… тоже буду рад.
Вот только останутся они или нет, сложный вопрос.
Тсуна приглашает парня зайти и погреться, но Энма понимает, что будет мешаться, поэтому отказывается. Девушка кивает, отдает пиджак и с заметной невооруженным взглядом теплотой смотрит на Козато.