– Хах, пламя… – как только Тсуна начинает это произносить, она сразу понимает, что ошибается. – Пламя не имеет такого свойства, оно не может передавать воспоминания…
Вот только совсем недавно коробочка Бьякурана каким-то образом передала парню информацию из будущего. Это была та же технология? Неудивительно, ведь Джессо мог подсмотреть это в одном из параллельных миров, в то время как Шоичи впервые попробовал создать нечто подобное.
– Даже не могу с этим поспорить. Пламя предсмертной воли действительно не предполагает подобного варианта использования, но времена меняются, находятся новые способы использования старого. – Аркобалено пожимает плечами, заставляя себя не двигаться при взгляде на исказившееся болью лицо Тсуны.
Девушка обессилено садится на корточки и вцепляется руками в волосы.
– Зачем? – хрипло спрашивает она.
– Потому что так будет лучше, – Реборн, видя, что его ответ не удовлетворил интерес Тсуны, продолжает. – Потому что ты бы молчала, когда все бы начало повторяться. Ты слишком ценишь своих друзей и терпишь, помогаешь, спасаешь, принимаешь все и молчишь.
Реборн верит Тсуне, когда та говорит, что не совершит самоубийство, теперь верит. Но это не значит, что чувства друзей не будут ей в тягость в будущем. Сейчас все вполне спокойно, большая часть ребят либо не испытывают подобного рода чувства, либо сами этого не осознают. Но будет ли так дальше? Как долго Ямамото будет держать в себе признание, которое было близко к озвучиванию после пропажи и возвращения Савады? Как долго Мукуро будет строить из себя независимого? Реборн не знает. Но рисковать не хочет.
Да, его действия могут быть опасными, ведь кто-то даже и не думал о Тсуне в романтическом плане, а теперь воспоминания из будущего могли помочь открыть глаза, ускорить процесс. Но, боясь последствий, парни не станут действовать. Так что Реборн готов к обиде, готов к ссоре и крикам, если это спасет ученицу.
Савада это понимает. Правда, понимает. Но… свое спокойствие она готова обменять на счастье друзей.
Девушка утыкается в колени и думает. Думает и снова думает. Пытается понять все плюсы и минусы. Полностью принять поступок репетитора она не может, но… но она может это простить, если…
– Ты… ты же сказал им, что та я жива, верно?
Ей даже не нужно слушать ответ, внимательный и безжалостный взгляд черных глаз вполне красноречив. Он не сказал… И вот этого девушка уже простить не может. Гнев вполне закономерно вспыхивает у нее внутри. Тсуна вскакивает.
– Чем ты думал? Где здесь плюсы? Ломая их, ты хочешь помочь мне? Реально? – ее даже немного трясет от злости.
Тсуна не любила ругаться, и прошлая ссора с Реборном не входила в список любимых моментов жизни. Хотела бы Савада больше не повторять ту сцену с их тяжелым разговором, который был всего-то пару месяцев назад, но, кажется, не выйдет.
☆Я ненавижу тебя
☆Ладно, окей
☆Промолчать
Тсуна хочет выбрать первый вариант, очень хочет, но понимает, что это не правда. Без Реборна она бы не выжила в будущем, ну или даже не дожила до тех событий. Аркобалено не раз помогал и поддерживал, так что ненавидеть его она не могла. Но и просто так все принять тоже.
Савада до боли сжимает кулаки и смотрит в пол. В комнате воцаряется гнетущая тишина.
Реборн ждет, он понимает, что не имеет права сейчас что-то говорить. Оправдываться не в его стиле, убеждать, что глупая ученица не права, ему не хочется.
– Ты… всегда так, – вдруг начинает Тсуна с грустной улыбкой на губах. – Ты всегда делаешь все по-своему, потому что слишком горд.
Киллер хмурит брови и слушает.
– Ты можешь позиционировать свой поступок так, будто сделал все ради меня и Вонголы, но ты просто не хотел следовать моему плану… просто хотел сделать все сложнее. Ты всегда выбираешь испытания вместо спокойного решения проблем.
Реборн тянется к шляпе, чтобы успокоить взволнованного Леона, пытающегося метнуться к девушке.
– Можешь думать, что хочешь, – начинает он, но его перебивают.
– Ты ведь даже про Шимон мне ничего не сказал. Не сказал что-то типа: «Хэй, это мафия, будь осторожнее» или «Они хорошие ребята, не волнуйся», – голос Тсуны слегка дрожит, ее опечаленные карие глаза прожигают душу даже без пламени в них.– Но ты ведь не мог не знать, но и просто сказать ты тоже не мог, ведь надо превратить все в испытание или проверку, вместо того, чтобы быть честным и облегчить мне жизнь. Так ведь?
Реборну нечего ответить.
– Как я и думала… – девушка шмыгает носом. – Я так устала…
После тихо сказанных слов она разворачивается, чтобы выйти из комнаты.