– Нет. Скажи, ты хоть раз пытался встать на место Миры?
– Конечно, Белч, уйму раз! Я проигрывал в своей голове её поступки и оценивал их, и не могу найти нормального и приличного объяснения всему, что она творит, – возмущённо отвечаю.
– Вряд ли, чувак, поэтому я расскажу тебе, как обстоят дела, а ты просто послушай меня. Ты, действительно, ни черта не смыслишь в местных правилах и обстановке. Тебя вырвали из твоей жизни и привезли сюда. Ты пытаешься поступить так, как считаешь нужным, но это не значит, что такие решения будут приняты здесь, – Белч взмахивает рукой, показывая вперёд на окружённые светом здания сестринства и братств, как и всего университета.
– Ты хочешь побыть моим мозгоправом? – Ехидно фыркаю я.
– Другом, Раф. Это в моём понимании называется дружбой. Так вот вернёмся к Мире. Итак, она появилась здесь вместе со мной и Сиен в прошлом году. Кстати, она вела себя точь-в-точь как ты. Фыркала, крутила носом, задирала его и не упускала возможности унизить тех, кто ей не нравился или же пытался напасть на них. Затем произошло всё это дерьмо с сестринством, и теперь Мира – глава. У неё особое положение, и она должна вести себя так, чтобы её боялись и не пытались сместить. Она держит марку, как и Оливер, как и все другие. Даже если Мира внутри иная, то не имеет права показывать это, демонстрировать свои слабости. Её тупо здесь сожрут с потрохами. Она выживает, как и все мы. Мира делает то, что обязана, и даже ты не можешь нарушить модель её поведения, ведь тогда будет куча проблем. Ещё больше, чем сейчас.
– И всё же ты её оправдываешь, – сухо вставляю я.
– Возможно, да. Отчего-то сейчас она мне нравится, как и тебе тоже, со всеми её примочками и странностями. Ты хочешь причинить ей боль, уязвить, найти в её душе слабые участки и бить туда, как сделал это вчера, к примеру. Но это низко, Раф. Какой бы сукой Мира ни была здесь, это её лицо, и иное не подойдёт ей. А теперь другая ситуация, проследим её поведение с момента твоего приезда, – предлагает Белч. Закатываю глаза и цокаю.
– Это всё крайне занимательно, но напомню тебе: меня превратили в грушу для битья, затем в собачку и обращались со мной, как с последним куском дерьма.
– Ну, в этом ты сам виноват.
– Чего? То есть я хотел, чтобы меня избили? Это я продал себя за сто тысяч ради какого-то глупого аукциона? – Повышаю голос, зло смотря на Белча.
– Ага, ты хотел, чтобы Мира тебя заметила. И можешь убеждать меня миллион раз, что тебе противно, что ты унижен, и тому подобная лабуда, но она относилась к тебе так не всё время. Чек из магазина говорит о том, что она купила для тебя лекарства и корсет. И ты в нём сейчас.
– Откуда…
– Сиен нашла чек на полу и принесла его мне. Мы обмозговали всё и поняли, что между вами с Мирой происходит намного большее, чем вы говорите. Так что колись, Рафаэль, что ты мутишь с ней? – Он толкает меня в болезненное ребро, отчего я кривлюсь.
– Ничего. Она для меня – исчадие ада, я с Флор, – защищаюсь.
– Ага, с Флор. Ну то, что ты мудак, мы выяснили, а теперь приступим к самому интересному. К сравнению, – глаза Белча блестят от азарта. Чёрт, я ничего не понимаю сейчас. Моя голова и так пухнет от всего происходящего, так ещё и этот парень, пытающийся убедить меня в том, что Мира не так уж и плоха. Она самоубийца, манипулирующая мной, напомню. Себе.
– Итак. Мира заставила Оливера не трогать тебя и не причинять тебе вреда с первого дня. То есть она защищала тебя. Далее, ты слишком часто ругаешься с той, к которой испытываешь антипатию. Ты сидел с ней тогда, когда её отравила Саммер, и обезвредил двух парней. Ты заботишься о ней. Побежал в администрацию, после того, как её вызвали туда, явно испугавшись за это исчадие ада. Ну и подойдём к тому, что случилось недавно. Я услышал крик Флор и шум потасовки из дома, туда метнулся Оливер, и единственный выход был – написать Мире, что ты зачинщик, – Белч копается в ветровке и достаёт телефон. Копается в нём и поворачивает ко мне.
«Там Рафаэль. Помоги», – гласит послание, и я узнаю номер Миры.
– И что делает наша принцесса? Идёт туда и останавливает бойню, предлагая более выгодное условие для тебя и для неё. Она знает, что денег у тебя нет, но просто отпустить тебя нельзя, ведь тогда Оливер сразу же поймёт, что её отношение к тебе очень отличается от брезгливости. Она предлагает тебе условие, унижающее тебя, потому что оскорблена тем, как ты боролся за Флор. Не забываем о том, что Флор не сказала тебе о соглашении, подписав которое ей ничего не угрожало. Она вынудила тебя продать себя, чтобы ты возненавидел Миру ещё больше и сравнил с ней, сделав Флор ангелом. Но не тут-то было. Она хотя бы приложила тебе холодную бутылку к лицу?
– Она протёрла меня полотенцем, и не было времени на другое, Белч. Я был в шоке, когда узнал об их родстве, – пытаюсь оправдать Флор в глазах парня.
– Допустим, она была слишком напугана. Но чем? Тем, что ты поймёшь – именно она манипулирует тобой и выставила всё так, будто Мира отдала её на растерзание. И что делает Мира? Покупает для тебя лекарства и отдаёт тебе, прикрываясь какой-то женской хитростью, чтобы ты не понял, что её волнует твоё состояние, и она старается помочь тебе. И последнее, что мне сначала не понравилось, но теперь я прекрасно вижу причины и желания Миры. Случай в столовой. Ты заявляешь всем, что между тобой и Флор что-то есть, но при этом, предполагаю, ты делаешь намёки Мире о том, как хочешь её, ну или лапаешь её. Не суть. И вот теперь скажи мне, ты не думал о том, что Мира ревнует тебя к Флор и тем самым хотела разрушить ваши якобы отношения?
– Ты рехнулся? Серьёзно, Белч, это такая ахинея, – обескуражено качаю головой.
– Да что ты говоришь, чувак, – фыркает он.
– Мира не может меня ревновать, у неё есть Оливер, да и это всё… чёрт, что ты, вообще, несёшь? Мира холодная и расчётливая стерва, – возмущаюсь я.
– Ну и бомба – Мира не спит с Оливером. Я это выпытал у него вчера на вечеринке, накачал его алкоголем и узнал, что всё это фальшь, и Мире на него чихать, хотя мой кузен в неё влюблён. Короче, Рафаэль, сравни отношение Миры и Флор к тебе, и то, в каких обстоятельствах они росли, и что из этого вышло. Вот тогда ты сам увидишь – Мира к тебе неравнодушна, как и ты к ней. Ты всегда находишь повод, как и она, встретиться на поле боя, чтобы ожить рядом друг с другом. Вы, как магниты, специально встаёте рёбрами ради наслаждения в противостоянии. Можешь лгать сколько угодно, но я наблюдаю за тем, как ты на неё смотришь и как постоянно пытаешься доказать всем свою ненависть. Но ненависть не появляется просто так. Это тоже чувство и довольно опасное. И ваша ненависть не друг к другу, а к самим себе, потому что вы не желаете признать своей симпатии. Вот это я замутил речь, – довольно смеётся Белч.
Я офигеваю. Разве я мог предположить, что курящий травку, богатенький и избалованный парень может быть таким проницательным? Я в шоке. Она не спит с Оливером? Да? Мне это нравится. И даже что-то в груди теплеет, но тут же холодеет, когда вспоминаю, как я повёл себя вчера.
– Ну и вернёмся к вопросу: что у тебя с Мирой? – Играя бровями, спрашивает Белч.
– Дерьмо у меня с ней. Это лучшее описание происходящего, – горько усмехаюсь я.
– Я, конечно, слышал много синонимов опасного притяжения, но это прекрасно проясняет обстановку, – парень хлопает меня по плечу, и удар отдаётся в рёбрах.
– Оу, больно, да? Прости, – кривится он, потирая теперь моё плечо.
– Хватит меня трогать, – дёргаюсь я, сбрасывая его руку.