Лавочник, казалось, и не заметил, как они вошли. Немолодой жилистый мужчина с усами и острой бородкой рубил говяжьи ножки. Упитанная женщина с тугой косой, в грязном платье, хлопотала в дальнем углу с обрезками.
Наконец, мясник отвлекся от дела, отбросил тесак в сторону и, сняв с плеча запятнанную тряпку, принялся утирать руки, глядя на посетителей.
— Слушаю вас, господа, — буднично справился мясник.
— Нам бы кровицы. — Олег поставил на прилавок бутыль, прихваченную еще в Вильйоне.
— Это можно, — сказала лавочник, и машинально провел рукой по густым седым усам. Он схватил бутылку и резво двинулся к висящей на крюках свинье. Затем снял жестяную лейку с полки и принялся осторожно наполнять сосуд из миски.
— Вы часом не вампир? — тем же привычным тоном осведомился мясник. Повисла тишина. Было слышно, как струя густой карминовой крови глухо цедит в бутылку. Мясник взглянул на Топольского и криво улыбнулся.
— Он самый, — кивнул вампир. Лавочник хмыкнул, переведя взгляд на миску с кровью.
— Да мало ли, — отозвался мужчина, — В соседнем городишке, говорят, завелся один кровопийца…
— Его схватили и казнили, — спокойно ответил Олег. Мясник поджал губы.
— Не знал. Вы оттуда?
— Оттуда, — подтвердил Топольский.
— И как Вильйон? Сто лет там не был.
— Не лучшее место, — отозвался Олег.
— Это точно. Как Рувальд, еще жив?
— В здравии. Присутствовал на казни вампира.
Мясник согласно кивнул.
— Н-да, он любитель показухи… — Лавочник закончил сливать кровь, вернулся за прилавок и поставил бутылку перед Олегом. — Пять медяков.
Топольский пошарил в сумке, нашел только три монеты, и поглядел на Нео. Черкашин страдальчески вздохнул, но отсчитал две монеты из своего звездного бюджета.
— А вы случайно не знаете, как найти Врадлика Бринздэша? — вмешался Миххик.
Лавочник сунул деньги под стол, скривился в улыбке, переглянувшись с круглолицей женщиной. Та хохотнула.
— А на кой он вам сдался? — с ноткой насмешки спросил мужчина, пригладив усы.
— Так, дело есть к нему, — ответил Савельев как бы невзначай.
Мясник рассмеялся. Женщина поддержала его сдержанным смешком.
— С ним что-то не так? — уточнил Жека.
— Не так? — широко улыбнулся мясник и громко засмеялся. — Еще как «не так». Ладно уж, вы не местные, что с вас взять… Барон головой тронулся. Уж полгода. А его сиятельство, — он закатил глаза, и дернул головой, — по своему великодушию и старой дружбе содержит дурачка.
— То есть как — тронулся? — подал голос Черкашин.
— Вот так. Взял и спятил. Как жена его пропала, так чердак у барона и съехал.
— Жена пропала? — переспросил Нео.
Мясник кивнул.
— Так точно. Однажды ушла на болото — и не вернулась. Обыскались, помню, как никогда — все камыши и камни пересчитали, а ее так и не нашли. Врадлика и переклинило, — он повертел пальцем у виска. — Остались у барона только поместье, собаки да псарь.