— Замолчи.
— А что? Не нравится, когда я злой? Когда меня бесит, как Чумные бьются впустую? Олег, они как щенки на поводке, бросаются на больших собак, но стоит отпустить поводок — что будет? Ничего! Это не война, это детская симуляция. Веселая игра с мордобоем и атмосферой как у взрослых.
— Тебе-то какое дело?!
— А я здесь живу, вот какое! Я не хочу сидеть в ожидании, когда кого-нибудь — тебя, например — побьют просто так, чтобы показать, как у нас всё серьёзно.
— Ты прям за меня печешься так, да? Ты мне кто, мама?
— Даже не знаю, считал, что я твой друг.
— Друзья так себя не ведут.
— Друзья правду принимают, а ты упёрся, как баран!
— Как я блять ещё должен реагировать? Ты мне объясни! Расскажи, что я должен чувствовать, ты же такой умный! Ты же лучше знаешь, что я про тебя думаю, кем я тебя вижу и кем вижу Комиссара! Расскажи, а то я что-то запутался сам!
— Замолчи! — вскрикнул Серёжа.
— Да что ты говоришь, замолчать?! Теперь мне замолчать? А может, это тебе не нравится слушать правду, какой ты ебанутый, а? «Упёрся как баран» — а с чего ты взял, что ты прав вообще? Что я должен сказать? Что мне норм с тем, что ты злой? Так вот нихуя мне с этим не норм! Я пытаюсь как-то это переварить, сложить тебя из этих твоих… Сука… Как пазл блядский сложить. Тебя же хрен поймёшь!
— Н-не кричи на меня, — сказал Серёжа, уже тише.
— Я не кричу! — крикнул Олег. — Просто нахуя ты мне это говоришь, а? Что ты плохой, а они все хорошие. Ты хочешь, чтоб я от тебя отвалил? Так скажи прямо! «Олег, заебал, не лезь ко мне больше».
— Если хочешь, можешь… Уйти.
— Чё? — переспросил Олег, не услышавший его голоса после своей громкой тирады.
— Я говорю, — повторил Серёжа, — Я тебя не держу. Я п-понимаю, что не очень приятно со мной. Я… Не держу тебя, понимаешь?
— Ты чё, плачешь? — искренне удивился Олег, наконец присмотревшись к нему.
— Т-ты кричал на меня.
— Так ты же… первый начал, — Олег от растерянности понизил тон.
— Я тихо говорил. А ты завёлся.
— Я не завёлся. Да ты же… Сам. Ну. Это.
Сережа шмыгнул носом. Олег дернулся, чтоб до него дотронуться, но смущенно остановился.
— Я просто… ничего не понимаю. Столько всего происходит… Я не хотел кричать. Просто ты говорил реально неприятные вещи и… Я правда не привык видеть тебя таким. Злым, как ты сказал. Вот.
Он отвернулся в сторону, чтобы не смотреть на плачущего Серёжу, и только тогда заметил, что вся стая кидает на них любопытные взгляды. Олег нахмурился.
— Слушай, а… — начал вдруг Сережа, и Олег перевёл на него взгляд. Тот сразу замолчал.
— Что? — тихо спросил Олег.
— Да так…
— Точно ничего?
Олег понял, что прозвучало грубо, и поправился чуть менее резким голосом:
— Давай лучше сейчас всё обсудим. Я не буду на тебя кричать. Обещаю.