– Георгий, я попрошу тебя об услуге. – Бережной смущенно прокашлялся. – У нас тут завхоз уволился, а в книге заявок куча жалоб на поломки. Инструмент есть, но чинить некому – у кого дверь просела, у кого замок заедает, и…
– Конечно, я готов помочь. – Георгий с радостью согласился. – Пусть только покажут инструменты, и все заявки давайте, что успею, то починю.
– Тогда моя секретарша тебя проведет. Нонна, поухаживай за молодым человеком.
Секретарша, моментально возникшая в дверях, улыбнулась:
– Идем. Только, чур, я первая: в столе заедает ящик, выдвинуть никак, и окно перестало открываться.
Георгий последовал за ней, а Бережной повернулся к Любе:
– Я узнавал у экспертов, тело можно будет забрать уже послезавтра.
– Хорошо, я скажу похоронному агенту. – Люба сидит очень прямо, и лицо у нее абсолютно непроницаемое. – Причину смерти установили?
– Да. – Бережной чувствует неловкость и, не зная, как это исправить, идет к столику, где стоит чайник. – Чаю выпьешь? У меня есть печенье.
– Да, спасибо.
Они и сейчас далеки друг от друга, эти очень близкие по крови люди, и Бережной думает, что их с сестрой вражда навсегда встала между ним и племянницей, а так быть не должно, Люба совершенно ни при чем.
Конечно, иногда они общались. Бережной заставлял себя поддерживать отношения с племянницами с тех пор, как умерла Нелли. И когда их отец попросил помощи – Надежда вляпалась в историю с какой-то кражей, – он помог. Если бы Надежда была виновата, Бережной ни за что не стал бы помогать, но конкретно в том случае она просто находилась на месте преступления, сама участия не принимала, так что Бережной смог сделать так, чтобы ее имя не фигурировало в деле.
Люба тогда училась в столице, и Бережному пришлось знакомиться с ней заново: она оказалась совершенно иной, нежели ее сестра. Люба училась на факультете психологии, точно знала, чего хочет от жизни, собиралась замуж и была милой, очень приятной в общении девушкой. Только со временем Бережной вдруг понял, что она без труда нашла с ним общий язык – не он с ней, а именно Люба сумела так построить общение, чтобы оно оказалось приятным.
И она так похожа на их с Нелли мать.
Бережной не может отделаться от мысли, что когда видит Любу, словно смотрит на мать – она была лет на десять старше Любы, когда умерла, но Бережной помнит ее и такой – молодой, элегантной, всегда безупречно причесанной, со сдержанными манерами аристократки.
Люба так похожа на его мать, что сердце Бережного сжимается. Его собственная дочь не похожа на его мать, он сам не похож, а племянница…
Старая боль вернулась, и Бережной понимает – Люба ни в чем не виновата, она, скорее всего, даже не знает, что произошло тогда, осенней ночью, когда все изменилось навсегда, страшно и непоправимо, расколов их некогда счастливую семью и отобрав у него всех, кого он любил – в один момент, сразу и навечно.
Именно тогда Бережной понял, как можно возненавидеть кого-то так сильно, что одно упоминание об этом человеке заставляет кулаки сжиматься в невысказанной и неизбытой ярости.
Но Люба не виновата, конечно. И нужно периодически об этом напоминать самому себе.
– Вот, бери печенье, моя жена его печет просто гениально.
Люба вежливо кивнула и потянулась за угощением.
«У нее глаза моей матери. – Бережной чувствует, что в висках застучало и перехватило дыхание. – Глаза… совсем такие, и вот эти длинные загнутые ресницы… она пахнет очень похожими духами, и прическа… я с ума схожу, наверное».
– Дядя Андрей, тебе плохо?
Любины глаза смотрят на Бережного встревоженно, рука, так и не взявшая печенье, потянулась, тронула его за плечо, и он дернулся, как от удара током.
– Прости.
Бережной понимает, что ведет себя как дурак, как истеричная барышня и пугает Любу, но эта дверь так долго была закрыта, что он уже и забыл, какая боль таится за ней. Он всегда гордился своим умением держать себя в руках, в любых обстоятельствах сохранял выдержку, но сейчас понял, что есть предел и его силам.
Нет, так нельзя, Люба не имеет отношения к тому, что произошло много лет назад, задолго до ее рождения, и тем не менее он годами манкировал своими обязанностями дяди. Но сейчас его племянница в беде, вторая убита, а он даже толком не знал их обеих.
Но так не должно быть.
– Я должен объясниться. – Бережной наливает Любе чай и садится рядом. – Ты должна знать, чтобы понимать, почему… ну, почему все так.
Горячий чай с запахом жасмина отлично подходит для разговоров, но Бережной медлит, потому что есть двери, которые проще держать закрытыми.