Исилдур осторожно – как хрупкого ребенка – поднял рукоять с обломанным лезвием – осколок Нарсиля, которым был повержен Враг.
- Посмотри на него,- сказал Исилдур сыну,- подойди, взгляни поближе.
Элендур подошел к отцу и с почтением посмотрел на обломок благородного клинка. Он знал историю этого меча - Нарсиль был выкован в далекую Первую эпоху. Мастером, создавшим клинок, был наугрим Телхар. Но как удалось оружию, созданному смертным, поразить бессмертную длань? Об этом Элендур хотел спросить отца, но не решался, видя, как мрачен тот был с самого дня возвращения.
- Я вижу, отец, - проговорил Элендур.
- Это - залог безопасности нашего королевства,- Исилдур поднял глаза на сына, и в глубине его зрачков Элендур, казалось, видел тьму, с которой король столкнулся, и которую победил,- я заплатил за эту победу страшную цену, но то, что обрел я, ценней.
- Залог безопасности? - переспросил Элендур. - Но что грозит нам? И как может обломок меча охранить нас от будущих зол?
Глаза Исилдура сузились и потемнели. Лицо его вдруг заострилось, он поджал губы - и рот короля превратился в тонкую жесткую линию.
- Мы думали, что Саурон, поверженный этим мечом, был единственным нашим врагом, но, боюсь, это не так,- ответил Исилдур наконец,- сейчас война отгремела, но союз людей и эльфов после победы распался - и сердце подсказывает мне, что то был последний союз. Ибо те, кто сражались с нами, шли вперед, повинуясь лишь клятвам. Те же, кого вело сердце и воля, пали.
Элендур нахмурился. Все в Минас-Аноре верили, что враг повержен и наконец настал мир, которого так долго ждали. Об этом барды слагали песни и Вириндор, друг Элендура, который работал над Хроникой Людей Запада, даже решил назвать так завершающую главу: “О Последней Войне”. Саурон повержен, с кем воевать теперь?
- Отец, твои слова мне неясны. Пусть это был последний союз - но против кого нам воевать в будущем? Надеюсь, мы справимся со всеми оставшимися орками теперь, когда их не стало их повелителя?
- Орки,- хмыкнул Исилдур,- орки - это безмозглые твари, которые только и могут, что следовать одному лишь приказу - уничтожать. Бояться, сын мой, надо не силы рук и крепости мечей. Бояться стоит изворотливого разума, медового языка, под которым истекает ядом жало. Ныне же слушай мой отцовский совет - будь зряч. И не позволяй ничему - ни любви, ни гордости, ни обиде, ни радости, ни победе - ослепить себя.
Чем больше король говорил, тем меньше Элендур понимал его слова. И этот странный блеск в глазах, словно Исилдур, сын Элендила, не спал уже несколько ночей. Должно быть, ему снятся кошмары.
- Скажи мне, отец, что ты имеешь в виду, прошу тебя! - Воскликнул Элендур. Может быть, его отец видит незримую опасность?
- Ты узнаешь, когда увидишь его,- теперь Исилдур говорил, как во сне. Голос его звучал глухо, седая прядь волос упала на глаза, и от этого взгляд стал еще более тяжелым,- ты поймешь, ибо тебе я оставлю оружие, сразившее Врага. Главное - прими его и храни веру.
Он дрожащей рукой протянул Элендуру рукоять меча, но внезапно где-то над их головами резко хлопнуло окно или крикнула ночная птица. Исилдур вздрогнул, и осколок меча со звоном упал на пол. Король поднял взор на сына - и глаза его снова были ясными, взгляд - слегка растерянным.
- Я очень устал,- сказал он тихо.
Элендур быстро поднял меч с пола и с поклоном протянул отцу.
- Тебе нужно отдохнуть, - проговорил он. - Война позади, отец. Ты привел нас к победе! Позволь мне позаботиться обо всех делах.
Исилдур кивнул и оперся на руку сына, словно был глубоким старцем.
Так король Арнора и Гондора, победивший самого Саурона, медленно и неуверенно вышел из сокровищницы Цитадели, сопровождаемый сыном, на лице которого явственно видна была тревога.
Комментарий к Март
Продолжение следует)
========== Апрель ==========
****
- Почему я не могу надеть его? Оно мое. Я получил его в честном бою.
Голос в ночной тиши звучал негромко – Исилдур сам едва узнал его, словно окружающая темнота искажала звуки и меняла смысл слов.
- Ты получил его, но оно не твое,- собеседник стоял в переплетении теней, и его голос звучал отстраненно и глухо, но при этом – ласково и спокойно,- ты не знаешь силы, заточенной в нем.
- Я – тот, кто спас ветвь Нимлота от Врага. Я – наследник Элендила, и в жилах моих – кровь славных королей Нуменора, - Исилдур сжал кулаки. Золотой ободок Кольца на столе перед ним, казалось, зажегся собственным внутренним светом, и разгорался тем ярче, чем громче говорил Король,- я, поднявший отцовский меч, вел армию живых и призвал армию павших. От моей руки пал Саурон, Враг всех живущих! Я – владыка Арнора и Гондора! Я…
- Оно не твое,- и снова этот ласковый тон, эти мягкие нотки,- ты заплатил высокую цену за победу над Мраком, но так и не победил.
- Замолчи! – на матовом золоте вспыхнули огненные руны. Их отблеск, казалось, жег кожу на лице Исилдура. Выкрик отразился от стен, но собеседник не дрогнул,- ты должен молчать.