La Critica (первая книга казанской трилогии): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– В Лас-Вегасе! Та-да-а-м! – вскинув руки в утрированном жесте восторга, воскликнула Марта.

– Чёрт! Я не еду, – сказал я.

– Почему?!.. Ах, точно. Тебе не дадут визу, – опечалилась она. – Осталось у Глеба спросить.

Стальская встала и направилась к выходу.

– Эй, Марта, – остановил я её. – Если Стальский не захочет, то заставим посредством голосования. Окэ?

– Да, понятно.

Глеб не отказался.

Такой суровый день, но мы – одна семья…

И. Лагутенко

Глава о «государстве против Аронова»

15.09. День Страшного Верховного Суда.

Когда приходится вставать по будильнику, невыспавшийся мозг работает только на лихорадочное обдумывание того, как изменить жизнь тела, чтобы эта ситуация никогда не повторилась.

Уже какое-то время сквозь тревожный полусон до меня доносились звуки проснувшегося дома. Когда сознание в очередной раз почти выныривало на поверхность с глубины забытья, меня одолевала злость вперемешку со страхом. Я злился, что вокруг «моей ситуации» (такой эвфемизм мы придумали для обозначения истории с арестом) развернулась лишняя шумиха, – тут и Бимерзкий со своими, писаными пальцем по столу, схемами, Глеб с полушутливым экспресс видеоинтервью по поводу «моей ситуации» для какой-то местечковой фэшн-передачки, снятым пока он шёл от бара до туалета на очередной вечеринке в честь пустоты; тут и Стальская со своим, наверняка деланным, фаталистичным конформизмом (не задающая вопросов Стальская); тут и Сицилия с непонятно какими мыслями обо мне, и Даша (сто процентов – тоже) с не пойми чем to. Боялся я потому что… просто боялся! На всякий случай. В общем, под давлением этих гневострахов, мой наполовину проснувшийся мозг принимал решение вновь нырять в небытие.

Марта снова поднялась в нашу спальню и, на этот раз решительно, принялась меня будить:

– Эй, милый, меньше двух часов до начала. Времени на раскачку не осталось. Умывайся и одевайся.

Я слегка откинул одеяло и воззрился на Стальскую полным отчаяния глазом. Второй глаз я открыть не смог.

– Не дави на жалость, – поднимаясь с постели, сурово сказала Марта и вышла, оставив дверь открытой.

«Давно бы так, – подумал я. – А то её доброта и самоотверженность пугали меня до полусмерти. Немного злости не повредит…» Она сегодня взяла выходной, чтобы сопроводить меня на заседание Верховного суда. Я решительно приподнялся на локте. «Надо вставать» – громко подумал я.

– Н-д-о с-та-ать, – промямлил я.

Увидев своё отвратительное лицо в отражении ванного зеркала, я прямо-таки возненавидел себя. С момента моего преображения в нормального человека, которым официально можно считать наше с Мартой бракосочетание, и до того злосчастного дня, когда я «наломал хвороста», я выглядел и являлся-таки молодцом. Но за последний почти месяц я вернулся в прежнее гнусное состояние и даже превзошёл его. «Сука! Ты должен радоваться. Ты, сука, самый везучий сука-ублюдок в Восточном полу-сука-шарии!» – мысленно проговорил я.

– Пгям с языка снял, – приводя в порядок причёску, сказал появившийся Картавый.

Через полчаса, сменив кислую харю на спокойное благородное лицо, и домашние трикошки на костюм тройку, я был готов к выезду.

– Поешь что-нибудь? – спросила Стальская.

– Нет, благодарю, мадам, – ответил я; мне хотелось посмешить свою девочку.

– Как пожелаете, мсье, – ответила она с французским акцентом.

– Времени на ваши секс-игры не осталось, – заметил Стальский, который тоже ехал с нами.

Мы немного посмеялись.

Пока Стальские совершали последние приготовления, я, в продолжение шутки, напялил свой цилиндр.

– Это не слишком? – спросила Марта.

– Не знаю… – ответил я, играя в несознанку.