– Представь, – умерила гнев Марта, – заходишь к боссу мафии или к чиновнику, а он тебе: «Говори, но только короче». А ты такой: «Короче всего будет…» Бах! Между бровей… – при этих словах Марта выкинула вперёд руку с пистолетом, изобразив выстрел от которого все пространство сотряслось.
– Восхитительно! – на выдохе пропищал я ультразвуком.
«Love don't let me go…» – продолжились слова, и музыка больше не стихала.
– Я так и знала, – Стальская последний раз щёлкнула какой-то деталью и заткнула опасную игрушку сзади брюк. – Теперь потанцуем, – двусмысленно проговорила она.
Она встала с дивана. Обернулась на триста шестьдесят градусов, представ моему взору в новом наряде: в жёлтом коротком платье с обнажёнными плечами. Пистолет теперь оказался пристёгнут к бедру. Её приближение ко мне напоминало начало Paso Doble, но музыка диктовала другой стиль.
«You've got me drownin' in a river
Cold but in fever
Love don't let me go
Don't let me gooooooooooo
You got me dancin'…» – Марта кружила вокруг меня; отлично, надо сказать, двигалась.
Я не мог не поддержать её, и мы подчинились ритму. Мой глупый наряд сменился на мой же единственный костюм-тройку, без галстука, разумеется. Костюм, видимо, долетел ко мне из нашего загородного дома по воздуху, как в «Железном Человеке» или в мультфильме про Скруджа Макдака.
«You've got me dancin' and cryin'
Rollin' and flying
Love don't let me go
You've got me drownin' in a river
Cold but in fever
Love don't let me go…»
Коснулся бедра Марты, но она, кружась, избавилась от моей руки. Люстры мигали как стробоскопы.
«Got me drowning in a river
I was cold really in fever he he
He he he
Dancing and crying
Dancing and crying
Dancing and crying heeee
You've got me
Dancing and crying
Dancing and crying
Dancing and crying heeee…»
Стальская воспарила над паркетом, а я любовался ею.
– «Все говорят, что я люблю тебя», Крошка, – крикнул я вслед улетающей Марте.