– Ладно, я поехал домой. На ногах не стою, – без пяти два ночи заявил Глеб.
Стальский не спал уже двое суток. Я – больше суток точно. За последний год я научился при необходимости не спать по трое суток, а также научился не просыпаться двое суток.
– Езжай. Я приеду, как только закончим и отправим Марте, – ответил я.
Стальская, сидя дома, ждала, когда мы отправим ей на почту готовый материал, чтобы она могла сверстать номер и переслать его Ильгизу в типографию.
Я закрыл за Глебом дверь. Он явно что-то недоговаривал, но это «что-то» не было связано с новым номером, поэтому сейчас имело для меня второстепенное значение.
*****
Формально 01 мая.
Кукушка прокукарекала половину шестого утра, когда я надел ботинки в прихожей, чтобы умчаться домой. Через минуты мы трое – практиканты и я – спустились вниз и вышли во двор.
Около своей машины я сказал им «пока» и сел внутрь.
– Такой вопрос, Вадим, – заговорил Ваня, когда крыша уползла в багажник, и я снова появился на виду.
– Да.
Вид у них обоих был сдержанно-возбуждённый.
– А Глеб точно не из наших? – спросил Ваня.
– Нет, Глеб – еврей, – шуткой ответил я.
– Мы не про это, – усмехнулся Эмиль.
– Да, я понял. Нет, коллеги, насколько я знаю – а я знаю – он не из ваших, – я усмехнулся. – По крайней мере, пока.
– Так значит, у меня нет никаких шансов? – деланно грустно спросил Ваня.
– Ну, не знаю. Попробуй его разозлить, – посоветовал я.
– Оставим как вариант, – Ваня оценил мою остроту.
– У вас что, свободные отношения? – я перешёл на шёпот, хотя Эмиль стоял рядом.
– Ага. Мы не всегда будем молодые, – ответил Ваня.
– Понятно, – я подивился лёгкости бытия. – Если вдруг Стальский сменит раскрас, и мне станет об этом известно, то вы будете первым, кому я расскажу, – пообещал я и завёл мотор.
Ребята ушли в свой дом студента, находящийся в тридцати секундах ходьбы, – через два дома от моего. Я вдохнул весенний, уже майский воздух и прислушался к звукам природы. Птицы беспощадно пели, призывая друг друга к продолжению рода и другим приятным жизненным хлопотам; я тихо позавидовал. «Мы не всегда будем молодые». По пробуждающемуся ото сна городу с ветерком, с настоящим небом над головой.
Через пятнадцать минут выехал на трассу и прибавил газу. «That’s life – that’s what all the people say…» – пел старина Фрэнк из колонок авто, а я делал вдохи и выдохи.
You’re ridin’ high in April, shot down in May
But I know I’m gonna change that tune
When I’m back on top, back on top in June
В шесть десять утра я ковырялся ключом в замке коттеджа. К моему удивлению Стальские не спали. Ещё из прихожей я услышал, что они ругаются в гостиной. Я не собирался таиться, чтобы подслушать разговор, поэтому громко загремел связкой со всеми ключами, вешая её на специальный крючок. Стальские перешли с крика на злое шипение.
– Кто автор этого дурацкого сценария? – шипел Глеб. – Марк – хитрож… адвокат – Апрелий?!
– Как ты догадался?!.. – прошипела в ответ Марта.