La Critica (первая книга казанской трилогии): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– То мой герой – чтобы читателям стало понятнее происходящее – должен был бы спросить твою героиню…

– Да?..

– Он бы спросил: «Зачем мы это делаем?»

Марта захлопнула козырёк с зеркальцем и убрала карандаш, достала расчёску. Набрала воздуха в лёгкие:

– Каждый из нас делает это по своим причинам, но есть как минимум одна общая причина для этого.

– Да?.. – пришёл мой черёд «дакать».

– Это общая причина в том, – Марта тщательно подбирала слова, – что этим… этим жестом… этим актом мы хотим показать самим себе и всему миру, что мы друг для друга – особенные люди. Если мужчины друг для друга – особенные люди, они могут дружить. Мы берём традиционные отношения.

– Да-да, я понимаю, – закивал я.

Марта продолжила:

– А когда мужчина и женщина друг для друга особенные, то они могут пожениться, – Марта улыбнулась одной половиной губ, в знак того, что она закончила объяснение.

– Мне понравилось.

– А что касается отдельных причин каждого из нас, то…

– Не надо, – остановил я Марту. – Читателям хватит и этого.

Марта начала расчёсывать волосы. Я снова глянул на часы и поправил рукав рубашки, потом другой рукав. Хм… Кое-кто поудачливее меня сказал, что лишними произнесёнными словами, мы только ограничиваем свою жизнь; загоняем себя в рамки. Я бы не хотел, чтобы у меня были рамки, чтобы у нас с Мартой были рамки; чтобы у Глеба были рамки. Мы на правильном пути. «Я буду беседовать с тобой обо всём, что есть и что будет у меня на сердце, чтобы ничего не осталось сокрыто», – сказал я себе.

– Знаешь, милый, я влюбилась в тебя с первого взгляда.

– Ой, да брось! – вырвалось у меня. – Правда, что-ли? Может «раза»?

– Правда, конечно.

– Круто! Я такой, – я сделал глубокий вдох. – Хотя в тот момент в прихожей мы даже не смотрели друг на друга…

– Ты вспоминаешь полуторагодовалый момент, а я имела в виду тот раз – на стадионе, на дне города. Сколько лет прошло? Одиннадцать?

– В августе будет двенадцать, – сказал я.

Мы помолчали. Потом Марта лукаво улыбнулась и спросила:

– А если бы ты был не писателем, а режиссёром, то, что должны были сейчас делать наши герои?

– Тут всё ещё проще. Никаких лишних слов! Современный зритель терпеть не может болтовню на экране. Если бы это было кино, то наши герои, в ожидании условленного часа, перебрались бы на заднее сиденье этого огромного автомобиля и занялись сексом, – я легонько стукнул костяшкой указательного пальца по поручню над перчаточным ящиком. – А режиссуру всей этой истории я бы доверил только Хармони Корину, однозначно. Или Мадонне, однозначно.

– Хм… – Стальская медленно повернула ко мне голову, ещё медленнее улыбнулась, прикусив нижнюю губу (так в определённые моменты делают все девушки независимо от образования), глазами показала мне на задний ряд. – Хм…

Если бы такому суждено было случиться, когда б Марта попросила меня придумать брачную клятву, я, недолго думая, процитировал бы поэта, изменив в его четверостишии одно слово (извиняюсь, конечно): «Нам не дано предугадать, как слово наше отзовётся, – и нам СОМНЕНИЕ даётся, как нам даётся благодать…» На первый взгляд – не очень подходящая максима для выражения вечной любви. Слово «сомнение» наводит на невесёлые мысли. Однако, по зрелому рассуждению, эти слова вполне могут быть девизом всей жизни, значит и брачной клятвой тоже. Если уж совсем обнаглеть и ещё раз позволить себе изменить – на этот раз – два слова в этих божественных прочувствованных гением строках, то получится: «Нам не дано предугадать, как слово наше отзовётся, НО нам ЖЕЛАНИЕ даётся, как нам даётся благодать…» «Это бы понгавилось Марте, – прошептал мне на ухо картавый двойник. – Скажи ей». «Нет, это лишнее», – мысленно ответил я ему.

Прошу прощения за использование в этом абзаце избитых выражений, букв, знаков препинания… Кланяюсь поэту Ф. Тютчеву, написавшему в конце своей жизни строки:

«Нам не дано предугадать,

Как слово наше отзовется, -

И нам сочувствие дается,

Как нам дается благодать…»